Бесплодная селедка

– Ну, ты, конечно, садист, – пыхтя от возмущения, просипела пересохшим от страха ртом, напуганная рыба. – Раскольников бабку хоть топором зарубил, а ты меня голыми руками забить хотел… Брал бы лучше пример с Герасима, утопившего собачку в пруду.

– А ты и Достоевского с Тургеневым читала? – на секунду отвлёкся от молитвы, Аркадий Вениаминович, покосившись на чешуйчатое чудо.

– Теперь уже неважно, – трагично произнесла селёдка и пессимистично взглянула последний раз на своего душегуба. – Давай, убивай маленькую беззащитную рыбку, коли не хочешь жениться на Русалке.

И не бойся. «Сдачи сдать» я тебе не смогу. У меня даже рук нет, чтобы поставить защитный блок на твой удар.

– Да не буду я тебя убивать, – пообещал, Аркадий Вениаминович, в душе хохоча над рассуждениями селёдки по поводу рук, блока и «сдачи». – А поступлю с тобой, как старик из известной сказки – отпущу тебя с берега в воду и скажу:

«Бог с тобою, СЕРЕБРЯНАЯ рыбка!

Твоего мне откупа не надо.

Ступай себе в синее море,

Гуляй там себе на просторе»!

– Не-е-ет, мне в море нельзя! – попятилась задом к противоположному краю ванны, селёдка, ещё больше трясясь от страха.

 – Лучше забей меня в этой затхлой ванной кулаком, чем возвращать меня обратно в море.

– Постой. Но ты же сама мне предлагала, полчаса назад, плыть с тобой в море к Русалке? – поймал лукавую рыбу на противоречии, Аркадий Вениаминович и вопросительно изогнул бровь.

– Одно дело плыть с тобой к Русалке, и другое дело возвращаться одной, – зачем-то разделила один простой процесс погружения в воду – на два разных смысла, таинственная рыба, и с трудом сглотнула скопившуюся во рту слюну.

– А какая разница? – продолжал недоумевать, Аркадий Вениаминович, совершенно не видя в этом существенных отличий.

– Большая, – перешла на шёпот, селёдка, видимо для того, чтобы её не подслушали рыбьи спецслужбы. – Дело в том, что меня прокляли в подводном мире из-за моего бесплодия и навсегда изгнали из Царства морского. Но если я смогу уговорить какого-нибудь человека стать большой благородной рыбой, да ещё и мужем Русалки, то меня простят, и проклятие автоматически снимется.

– Так это, что получается? Я стану, как бы, твоим искусственным «сыном», если соглашусь уплыть с тобой в море и жениться на Русалке? – изрёк из себя абсолютно нелепую фразу, Аркадий Вениаминович, после некоторых раздумий.

– Ну, как бы, да.., – робко призналась, стеснительная рыба, и оптимистично добавила: – И зятем Морскому царю.