Безграничная Бездна

Я схватил осколок металлической пластины и стал кромсать им плоть монстра, пытаясь отрезать от него кусок.

Это удалось сделать с огромным трудом и спустя мгновение я наконец вонзил в него зубы. Жадно жуя и глотая отвратительное, сочащееся кровью, горькое, жесткое мясо, я получал удовольствие. Удовольствие дикого, безумного зверя, который впился в горло добычи и начал ее рвать, жадно заглатывая кусок за куском. Я не ел, а именно ЖРАЛ, поглощал мясо, стараясь хоть немного заглушить разбушевавшийся внутри голод.

Боль пришла быстро и неожиданно. Резкой вспышкой она пронзила живот, заставила скрючиться, падая на плечо мертвого существа. Но даже тогда я продолжил жадно вгрызаться в мясо, пытаясь оторвать еще кусочек.

Как больно! Как, черт возьми, больно! Неважно, я хочу ЖРАТЬ!

Спазмы боли проносятся по телу, руки и ноги немеют, но я продолжаю неустанно работать челюстью. Меня начинает безудержно мутить, но и тогда я стараюсь проглотить еще хотя бы кусочек и при этом не выпустить ничего наружу.

Боль становится невыносимой, в который раз, я давно сбился со счета. По телу стали проноситься судороги, и я упал, меня трясло, тело пыталось избавиться от ядовитой гадости, но не могло. Голод наконец стал отступать, а сознание в ужасе заметалось, понимая, что я сам себя убиваю.

Меня скрутило еще жестче, чем прежде…

Активирован пассивный навык.

Перед глазами возникла ярко алая светящаяся табличка.

«Пожиратель».

Новая надпись появилась перед глазами, и тут же мое сознание померкло, не выдержав очередного спазма.

Я стою в большой пустой комнате без мебели. Вокруг о чем-то болтают группки детей. Кто-то просто спорит, кто-то играет, кто-то безудержно смеется. Все вокруг кажется каким-то не настоящим, двигающимся как в замедленной съемке.

Все, кроме Клары. Она стоит в противоположном конце помещения, улыбается и машет мне. Мгновение и вместо Клары я вижу Линду, она тоже улыбается, машет. Я хочу подойти, но по ее лицу пробегает тень, в глазах появляется странное выражение отвращение.

Я пытаюсь кричать, прошу чтоб она остановилась, но не могу произнести ни слова. За ней комнату покидают дети. Кто-то выходит через дверь, кто-то просто исчезает, пока я не остаюсь в ней один, совершенно один. Я не могу пошевелиться, не могу говорить. Чувства пустоты и обреченности начинает заполнять мою душу, я утопаю в них.