Аццкий Хай

Так вообще на каждого моба начнешь бросаться в поисках реликвий и совсем никуда не дойдешь. 

Ну ее… Риммон уже встал, собираясь не отсвечивать и смыться, когда зверь дожевал килограмма полтора оставшегося от рыси ливера и судя по всему не наевшись посмотрел на пятидесятиуровнего эльфа с явным гастрономическим интересом.

-Слушай, оно тебе надо? – спросил у нее Риммон ласковым голосом. – Убью ведь.

Росомаха в ответ как будто пожала плечами, оскалила зубы и негромко тявкнула. «Слабый, мягкий, вкусный, надолго хватит», вдруг понял ее демон.

Ух ты, Брошь Полиглота сработала. 

Из-за дерева, куда он ходил облегчиться после боя с рысью, вышел Нутэлкут. Увидел росомаху в боевой стойке, и застывшего с распахнутыми глазами началныка. И не раздумывая выхватив откуда-то лук всадил в глаз зверю стрелу. Тот мгновенно поменял приоритет целей и бесстрашно бросился на кряка. Гололед, как и полагается помог, росомаха закувыркалась, но по инерции продолжив движение вылетела за его пределы буквально за полторы секунды.

Врезавшись в дерево она еще секунды две приходила в себя, а потом, громко зарычав прыгнула на непися, повалив того в какие-то колючие кусты. В ней уже торчали три-четыре стрелы, но казалось они не особо ей мешают. Бар ее жизни опустился всего процентов на семь-восемь.

Когда наконец-таки, с восьмой или девятой попытки прошла заморозка, росомаха уже располосовала бедного кряка длиннющими когтями так, как давешней рыси и не мечталось.

Здоровье его мигало в тревожном тридцатипроцентном секторе, и держался он только на морально-волевых. Дальше было проще, Риммон кинул проводнику еще одну бутылочку лечилки, и стал раз за разом бросать заморозку на безумную животину.

Кряк ковырял ее ножом, как мог. Процесс оказался долгим, зато эффективным. Отсчитывая в уме секунды откатов, Риммон периодически швырял свои ледышки, но… Двухсотый уровень это уже не сто двадцатый. Он снова попадал хорошо если один раз из шести-семи нюков.

Наконец тварь издохла. Риммон посмотрел на окровавленного, в изодранной в клочья одежде, но довольного кряка. Хэпэ чуть меньше семидесяти процентов. Вздохнул и выдал ему еще одно, предпоследнее Среднее зелье лечения. Крепких у него было с собой штук пятьдесят, но тратить их на непися он не собирался.

-На, поправься… Разорюсь я с тобой.

-Моя сэмья всо отдаст. Кушать нэбудэм, спать нэбудэм, работать будэм.