Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Но для этого тебе придётся поработать.

— Без проблем, — согласился викинг. — Только один вопрос…

— Ну? — женщина вскинула бровью.

— Как ты стала избранной?

— Скальдхейм — мой родной мир, — ответила Тори, усмехнувшись эффекту, который она произвела на собеседника.

Чтобы не томить Башкоза в ожидании, Бьёрн позвал его в дом, вернувшись через портальную арку. Теперь не было нужды в лагере, что остался у подножия гор. Возвращаться туда, чтобы забрать запасы еды и часть снаряжения тоже не было никакого смысла — Тори с лихвой восполнила потери.

Она отвела викингов в просторный подвал, где указала на кровати. Теперь точка перерождения стала для них самой безопасной за всё время совместного путешествия. Более того, каждому в распоряжение выделили сундук с едой и запасным снаряжением, что можно было считать верхом щедрости.

Всё это время Серобородый переосмысливал происхождение Тори. Скальдхейм — её родной мир?! Но как такое возможно? И есть ли кто-то подобный ей? Любопытство — удел юности, потому викинг молчал, но искренне надеялся, что однажды получит ответы на все вопросы, благодаря терпению.

Только женщина могла окутать воинов такой всеобъемлющей заботой, Бьёрн чувствовал себя так, как никогда прежде. Судя по довольному лицу Башкоза, тот был сильно не против такого расклада. Кто бы ни пришёл сюда со злым умыслом, его ждал самый жестокий отпор, на какой только были способны два старых друга, угодивших под влияние Тори. Она, между тем, не собиралась оставлять их в покое.

Остаток дня мужчины перетаскивали железную и медную руду, заготавливали уголь и рубили буковую рощу, заготавливая дрова.

Их досыта кормили, но и щадить не собирались. Когда солнце зашло за горизонт, настало время подвести итоги. Хозяйка дома куда-то делась, но в подвале, где помимо кроватей нашлось место для большого круглого стола, она успела приготовить большой мясной пирог и разлить по кружкам свежий эль.

— Как думаешь, куда она ушла? — спросил Башкоз, когда они с другом набили животы, без сил развалившись на кроватях.

— Кто её знает? — Серобородый зычно отрыгнул, допивая эль. — В одном я уверен точно: если остаться здесь, через год мы превратимся в беспомощных поросят.

Долгое время царило молчание, высказанная истина удивила обоих.

— Да, — Меднолицый сел, задумчиво рассматривая остатки пирога. — Такая жизнь никуда не годится.

— Но мы поможем ей, а потом уйдём, — предложил Бьёрн.

— Именно так мы и поступим. Но для начала узнаем, какой у неё план.