Хроники Скальдхейма. Бьёрн Непреклонный

Чаша стояла на постаменте, вокруг кто-то выстлал каменные плиты, образовав небольшую площадь, вкруг которой выставили около дюжины огромных колонн. Часть из них сломались и раскрошились, обломки лежали тут же, как свидетельство силы демона.

— А его точно легко одолеть? — с сомнением спросил Башкоз.

— Думаю, мы справимся, — серьёзно ответил Бьёрн.

Они спустились с холма, пробравшись через кусты. Лица викингов озарило ядовитое сияние огня. Лес вокруг хранил безмолвие, в этом месте, где неведомый архитектор возвел алтарь, Мюрквид казался отдельным миром.

Словно весь Скальдхейм был где-то в другом измерении. Где ещё могло быть такое мрачное и тихое место, если не среди корней Мирового Древа?

Бьёрн вынул из инвентаря семена, и разом бросил в огонь. Жадное пламя разразилось искрами, на пару мгновений друзья ослепли, а когда прозрели, поняли, что лес изменился до неузнаваемости.

Зелёный туман заполнил всё вокруг, пыльца скручивалась в вихри тут, и там. Прежде, чем появился Ётун, он издал страшный утробный рёв.

Семена стампов были его подарками новой силе Скальдхейма, они порождали монстров, служивших злу. Их уничтожение, да ещё и в этом священном месте, не могло оставить демона равнодушным.

Из-под земли проросли десятки корней, что превратили пространство вокруг площади в непроходимый лабиринт. Кроны высоких деревьев раскачивались из стороны в сторону, показалось, что наступила ночь, а вместе с ней пришла буря.

— Так вот для чего тут каменные плиты? — догадался Башкоз.

— Да, у нас есть место для сражения, место, где мы будем в относительной безопасности, — пояснил Серобородый.

— А где сам Ётун?

— Вон там…

Молодой викинг проследил за жестом товарища и увидел, как из-под земли поднимается нечто настолько громадное, что трещат молодые деревья. Вырывая корни, сбрасывая с себя пласты чернозёма, Ётун вставал в полный рост. Его тело, сотканное из крепчайших сучьев, сплетённых так, что не перерубить никаким топором, могло принадлежать божеству, но никак не демону!

Башкоз смотрел на его плечи, покрытые шипастой корой, на лицо, угрюмо-усталое, на огромные фиалковые глаза, и поймал себя на мысли, что лучше бы извинился и дал дёру, чем вступил в бой.

— Сколько вас ещё? — спросило существо. — Я бессмертен здесь, убивайте, сколько хотите — пустая трата времени!

— Не разговаривай с ним, — посоветовал Бьёрн. — И просто руби всё, что видишь!

Они бросились в бой. В одной руке держа топор, в другой — меч.