Сердце Волка

Перед этим они долго сидели в кабинете, ознакамливая Леру с условиями будущей работы, а затем, когда она дала положительный и окончательный ответ, печатали бумажки, затем ставили подписи и так далее, одним словом — оформляли ее как нового продавца. Задача осложнилась еще и тем, что принтер был почти одного возраста с Лерой, поэтому работал медленно, как улитка, и постоянно жевал бумагу. В конце концов они договорились так: она завтра же приходит на работу к восьми, не опаздывает, надевает фирменный жилет пекарни и маску.

«Прошлый кассир тоже носил это,» — успокоила Ольга Дмитриевна. Как оказалось, это была редкая пекарня в Миткорде, где пекари работали прямо там же. Как говорится, выпечка «с душой».

Лера вышла из-за прилавка только вечером, когда вся эта беготня улеглась. Солнце давно село.

— Ну как? — она вздрогнула от неожиданности. Пашка стоял в тени, все лампы были выключены, поэтому его не было видно. Только белки глаз зловеще блестели в темноте. — Надеюсь, все получилось?

Лера не стала отвечать.

Они вышли из пекарни. Дождь давно закончился. В небе стояла полная луна и отражалась в лужах на мокром асфальте. Лера сказала:

— Ты дурень, — и усмехнулась. Это не прозвучало обидно, да и у нее даже не было такой цели — обидеть кого-то. — Простоял там... сколько? Не меньше трех часов точно. Как будто у тебя дел нет.

— Дела, конечно, есть, куда от этого деться? Но я сам распоряжаюсь своим временем, поэтому если я хочу кого-то ждать, я буду ждать.

Они пошли медленным шагом в сторону леса (и сами не знали, зачем).

— Знаешь, ты, наверное, самое лучшее, что случилось в моей жизни, — наконец решилась Лера. Это она хотела сказать еще с того момента, как они наткнулись на пекарню.

— Правда? Спасибо, — Лера не видела при таком освещении ничего, но могла поклясться, что Пашка улыбнулся. — Но я думаю, ты слишком плохо меня знаешь, чтобы это утверждать.

Несколько секунд длилось это молчание. Затем разговор продолжился.

— Ты говорила, что ввязалась в это дело ради своей сестры.

Ты знаешь, а ведь у меня есть брат. После того, как я лишился дома, мне пришлось бродить по улицам, выпрашивая деньги и еду у прохожих, а иногда даже подворовывая. Но далеко в город я обычно не заходил. Держался ближе к лесу. И однажды после ночи, проведенной в кустах двора какого-то дома, я встретил его — Ника. Он долго упрашивал своих родителей усыновить меня, и наконец они согласились. Ему я обязан всем, что сейчас имею.

Пашка повернулся лицом к луне.