Сердце Волка

Слышал каждый удар сердца, отдающийся в венах, ощущал кожей прикосновение своего дыхания. И касалось это не только руки, а всего тела — он слышал, как на улице редкие лесные животные пробираются по инею, видел, как натягиваются линии на подушечках пальцев, если немного надавить на них, чувствовал расстояние от плеча до хлопчатобумажной ткани рубашки, которую так и не снял, придя после работы. Но сильнее всего концентрировалось это «что-то» именно в руке, причем в левой.

Костяшки перекатывались под кожей, обеспечивая подвижность суставов.

Почему-то ему нравилось это чувство — контролировать себя так, как никогда прежде.

Такие странные изменения происходили в форме приступов — ближе к ночи, и то не всегда. И он никогда не мог угадать, когда же начнется следующий. Появились они около двух недель назад. Впрочем, никаких сложностей приступы ему не доставляли, и беспокоиться пока было не о чем. Волновали только две вещи: из-за чего это происходит, и каковы будут последствия?

Было уже около двух часов ночи, но он даже не чувствовал усталости после трудного дня.

Наоборот, ощущал необыкновенный прилив сил, будто голыми руками мог швырнуть грузовик, запрыгнуть с человеком на спине на второй этаж или со скоростью гепарда рвануть за чемпионом по скорости бега.

Он снова собрал ладонь в кулак, но слишком резко разжал его. Пальцы сами собой напряглись, кожу вокруг ногтей стало саднить, она покраснела и опухла. Ногти заострились и вытянулись в форму загнутых вниз когтей.

Он вздрогнул, едва не подскочив на стуле, и с трудом сжал пальцы в кулак.

Они словно закоченели, отказываясь подчиняться, как после времени, проведенного на морозе.

Но тут какое-то новое чувство, еще лишь мельком знакомое ему, вновь появилось. Интуиция подсказывала, что ничего хорошего это не сулит. Как будто внутри, в голове находились большие двери, и ты стоишь, подпирая их спиной, а с другой стороны кто-то неумолимо ломится...

Зазвенело в ушах. Он охнул. Тут же заложило ухо. Затем второе. Высокая чувствительность пропала, но вместе с ней и слух исчез совсем.

Картинка перед глазами стала резкой и дерганой, на секунды расплывалась и мутнела, но снова возвращалась в исходное состояние. До того неприятное ощущение, что хотелось избавиться от него прямо сейчас. Он помотал головой, пытаясь прогнать это состояние, хотя в глубине душипонимал, что это бесполезно.

Чей-то голос нашептывал ему, призывал отпустить и отойти в сторону. Как будто он схватил его за струны разума и приставил к ним нож.