Печать льда

Пусть даже Храм славит Погань так, что скоро мы будем возносить ей молитвы, как Единому.

- Просто сорвалось с языка, - вздохнул Рин. – Грейн учил, что клясться не следует вовсе. Простые слова должны быть крепче любых клятв, а если они теряют цену, то ничего не стоят и клятвы, потому как они тоже составляются из слов. Эх, Хаклик! Когда умирал отец, я думал, что умирает всего лишь самый близкий мне человек, а когда он умер, оказалось, что умерло все. Ничего дорогого после смерти отца у меня не осталось. 

- А твой дом, твое имя? – надул губы слуга.

- У тебя впереди еще вся жизнь! Прирастешь и дорогим, да еще таким дорогим, что потерять его будет дороже, чем расстаться с жизнью!

- Моя жизнь, как жизнь моего города, - скрипнул зубами Рин. – Тонкие стены и Погань вокруг.

- Здесь, в Айсе, твой дядя страшнее Погани, - сухо заметил Хаклик.

- Вот об этом я и хочу поговорить с Камретом, - сказал Рин, рассматривая диковинный меч. 

- Седельный, эсток… - заметил Хаклик. – Тебе не подойдет, парень. Ты, конечно, со всяким оружием ловок, но этот только для верхового боя, да против доспеха.

Им как пикой орудовать надо, да и длина его почти три локтя… Кстати, ножны оставь, они и сами по себе дрянь, да и ты не лошадь, чтобы носить такую железку на боку в чехле; я вот кольцо сюда приладил, так цепляй к поясу и то насмешек не оберешься. Эсток, с каких краев только занесло к нам этакую диковину, с юности с такими не встречался… Работа чудная, хотя и искусная. И сталь отменная. Я не назову тебе не только мастера, который бы мог выковать нечто подобное, но даже не намекну на то, из какой страны прибыл этот образец, а ведь я разбираюсь в этом деле, разбираюсь…

- Верно из той страны, откуда пришел мой опекун? - усмехнулся Рин.

– И там седельные мечи в ходу. Что ж, если забыть об удобстве, он длиннее меча магистра. А если я прицеплю его к поясу без ножен, значит мне не придется вытаскивать меч из них!

- Лучше бы тебе не пришлось обнажить меч ни разу в жизни, - проворчал Хаклик. – Я прожил много лет, молодой Олфейн, поверь мне, если однажды обнажишь меч, то уже никогда не уберешь его в ножны, даже если будешь забивать его туда молотом.

- Ты по-прежнему любишь присказки, - кивнул Рин. – Я спрашиваю в который раз, хочешь, я отпущу тебя? Мне бы не хотелось, чтобы ты… пострадал из-за меня.

- Ты все еще не имеешь никаких прав, - нахмурился слуга. – У нас нет денег, а долгов столько, что даже если мы будем собирать кристаллы целый год, не выплатим и десятину.