Боевой маг -2: За кромкой миров

Бес молчал, переводя немигающий взгляд то на меня, то на мою заместительницу.

– Или ты говоришь, или я отказываюсь идти дальше, – пригрозил я.

– Мы не знаем, где она.

– То есть? – опешил я. – Мне показывали ее изуродованное тело. Она мертва. В этом я уверен.

– Хье, мы то-же пере-про-ве-е-ерить эта, – заговорила металлическим голосом бесовка Лилитурани. – Эта есть ее те-е-ело. Но она к нам не прихо-о-одить.

– Где она?

– Доля с Недолей ответят на этот вопрос только тогда, когда ты вернешься.

– Что за игру ты затеял, бес?

– Игру? Игру, в которой я сам шестерка на побегушках? Нет, это не я.

Здесь игроки куда выше рангом. Масштабы игры охватывают целые миры. Если ты хочешь узнать, что с твоей женой, ты пойдешь и вернешься. Для тебя это будет ставкой в игре. Для меня – ваши воспоминания после смерти. Для богов – новый мир, знания о враге, да мало ли еще чего. Они нам не сообщают.

– Бес, – снова взяла слово Фотиди. В сплошном золоте ее глаз засверкали яркие искорки, а на кончиках стриженых волос загорелись крохотные точки, создавая иллюзию нимба.

– Где гарантии, что ты не врешь? Где гарантии, что нас не убьют после этого?

– А где гарантии, что не убьют меня? – ответил тот. – Если они вас убьют, чтобы не было утечки информации, то убьют и меня, сразу после того, как прочитают вашу память, и отказаться нельзя, это против правил. А я тоже хочу жить. Поэтому мне нет смысла врать вам.

Бес развернулся и медленно пошел по дороге, ступая сандалиями по ярко-желтой брусчатке.

– Что решил? – тихо спросила Ангелина.

– А что мне остается? Только вперед, отступать некуда.

– Подцепили они тебя не на шутку, – пробурчала магесса.

– Как мне эти машины вперед двигать? Они же разваливаются! – крикнул я бесу вслед.

– Воображение, надо включить воображение! – ответил тот.

Я провел ладонью по лицу, пытаясь снять с себя напряжение, и перевел взгляд на три единицы техники. Воображение, он говорит. Попробуем. Я подошел к внедорожнику и заглянул внутрь. Света стала такой же полупрозрачной тонкой фигуркой, как и Оксана, только она была розоватой на просвет.

Вампирша со стеклянными глазами рубинового цвета сидела, вцепившись истончившимися пальцами в оплетку руля.

– Света, – позвал я ее. Она не отозвалась. – К чертям собачьим! – процедил я и хлопнул по чешуйчатой шкуре искаженной Навью машины.

– Больно, – невнятно прошептала вампирша.

– Что? – переспросил я.

– Ударил больно.

– Я машину только.

– Мне от этого больно. Я сейчас часть ее. Смотри.