Во славу Империи

Изредка, они начали проскакивать пол лезвием Араккара, пытаясь атаковать стоящих позади магов. Но раз за разом, они исчезали во вспышке молнии, или рассыпались ледяными осколками.

“Всё в порядке, – успокаивал себя Айкен. Он старался дышать глубоко и монотонно, – Рано или поздно они закончатся. В худшем случае, нам придётся перебить всех, кого накрыла аномалия. Сколько там… пара сотен. Та, раз плюнуть! Я так весь день могу махать…”.

Внезапно, Айкен услышал за спиной крик. Он начал поворачивать голову, и краем глаза, заметил сбоку от себя размытый силуэт.

“Вот же…” – солдат всё понял, но отреагировать не успел. Удар отбросил его в стену. Следующий, заставил покатиться по полу. Еще мгновение, и он почувствовал боль в ноге. Попытался перевернуться, но что-то полоснуло его по лицу. Во рту Айкен почувствовал металлический привкус. Левый глаз полыхал. Второй залила кровь. Сквозь красную пелену, одним глазом Айкен видел силуэты двух магов. Они стояли в дверях подвала. Слишком далеко от окна. Похоже, прорывающиеся твари, заставили их отступить, и в итоге они пропустили одного в окне…

“Чёрт, все же было хорошо.

Вам надо было просто продолжать…”.

– В подвал! – донёсся до ушей легионера панический вопль Гвала, – Быстрее!

– Подожди, мы должны…

– Он труп! Бежим! Забаррикадируемся в подвале!

Толстяк потянул Дерека за плечо. Тот нехотя поддался и секунду спустя дверь закрылась. Айкен остался один в комнате полной оживших мертвецов. Его положение было плачевное. Крайне плачевное. Но тяжесть Арракара все ещё ощущалась в его руках.

“Я не выпустил клинок, он все ещё со мной, а значит надежда ещё есть! Сейчас я перебью всех тварей, и оставлю на лице этого труса большущий фингал! Да, сейчас только, одну приберусь здесь. Плёвое дело…” – Многие обреченные тешат себя подобными мыслями. “Всё в порядке, всё не так плохо как кажется, я со всем справлюсь” – думают они, в безвыходной ситуации, пытаясь отгородиться от нежелательной реальности. Но, как правило – они всего лишь лгут сами себе. Айкен не стал исключением. Он успел сделать всего пару выпадов, прежде чем шквал атак повал его на землю. Твари, резали его когтями, и рвали клыками. Руки и ноги в считанные минуты превратились в ошмётки, а его грудь, вместе с доспехом стала полем для игры в крестики нолики.

Это был конец. Айкен закрыл оставшийся глаз, в ожидании смерти. Стиснув зубы от боли, он хулил бога за то, что тот сделал его таким живучим. Внезапно, боль ослабла. Или вернее, перестали появляться её новые источники.