Скиталец. Часть 2.

Пусть Канзо и не попала туда, куда целилась, но все равно противоядие от яда Пустынной Змеи не носят в кармане, поэтому безликая пошла в лавку, думая как ей избавиться от оставшихся воинов. Но девушка не успела вернуть родной образ, как к ней в лавку с бессознательным телом на руках вломился северянин и его спутник. Потребовав лабораторию он скрылся в ней, а Скит со своей кошкой остался ждать своего друга. Неужели этот дуболом обладает лекарскими навыками? Ведь все знают, что эти оборотни только дубинами махать умеют! В такие моменты Канзо сильно жалела, что есть боги в изгнании и Многоликий Такеми не может вытянуть из них нужную информацию.

- Хотите чаю? - задала вопрос Канзо. Если её план удастся, то от самой дорогой цели безликая избавится прямо сейчас. - У меня есть хорошие травяные сборы, я не только яды и противоядия продаю.

Девушка в образе Дарины, хозяйки алхимической лавки, незаметно добавила яд в травяной чай. Аромат трав спрячет запах яда, настолько тонкие запахи не способен учуять ни один человек, да и яд в этот раз был не настолько мощный в отличие от яда Пустынной Змеи, который имел один огромный недостаток, это резкий и противный запах.

Но стоило только Скиту протянуть руку к чашке с чаем, как его драная кошка с громким криком прыгнула опрокинув чашку и зашипела на безликую.

Только сейчас стоя на арене и глядя в глаза разъяренного Скита она понимала, что все делала неправильно. Ей следовало отказаться от этого заказа сразу как только он ей выпал. Пусть бы она продлила свое рабство на десяток лет, но она не одна такая среди последователей Многоликого Такеми.

Перед девушкой стоял не босоногий неудачник. На неё смотрел злой хищник, хищник который не собирался просто убить своего противника. Он хотел растерзать и сожрать её заживо, впитывая каждую каплю её жизни и наслаждаясь тем, как его жертва мучается перед смертью. Такие эмоции Канзо ловила только один раз в жизни, когда на них напала Безумная Тварь. Тогда наставник Арден спас её и других послушников, но сейчас его не было рядом. Вот и сейчас, от Скита исходило такое же чувство опасности, его кожа неестественно посветлело, вокруг глаз же наоборот появились темные линии, словно он подвел глаза тушью.

Неужели весь этот путь она продела зря? Все эти смерти, которые она видит каждую ночь, все мучения во время обучения и унижения на заданиях? Канзо охватила сжигающая ярость. Нет! Все это она делала, чтобы избавится от рабского ошейника, татуировкой выбитого на её шее.