Кровь. Надежда. Эгоизм.

Я до конца не уверена, но мои люди доложили, что я в опасности и виной тому Гомбло Плублумс. Я ухожу из Тарли и возвращаюсь домой, в Эльг. Будет слишком опасно двигаться открыто, поэтому мне придётся искать иные пути, так что я не смогу связаться с тобой и помочь в управлении моими воинами. Учти это.

— Хорошо, учту.

— А ещё – не доверяй войску тимурлинов. На всякий случай.

— Я не доверяю никому, моя хладнокровная сестра.

— Вот и отлично. Ещё я советую тебе на всякий случай уничтожить артефакт, что у тебя в руках.

По крайней мере я поступлю так после разговора с тобой. Боюсь, что Гомбло может с его помощью следить за нами, ведь это его археологи когда-то нашли это средство связи. Прощай, мой хладнокровный брат.

— Прощай. Я подумаю над твоим предложением.

Я не до конца понял, зачем затеяла этот разговор Астра, поэтому не стал особо её о чём-то расспрашивать или, наоборот, слишком откровенничать. Возможно, позже я и найду ответ на этот вопрос, но пока это абсолютно неважно, поэтому я занялся другими делами, ведь их у командира немерено.

Для начала я подумал над уничтожением артефакта. Рассудив, что не стоит действовать необдуманно и несмотря на слежку, устройство может быть полезно в дальнейшем мне самому, я решил связаться с остальными владельцами артефактов. Но, к моему удивлению, мне не ответил никто, кроме Мелисанды, что забрала артефакт у шпиона Гомбло. После того, как я ответил, что ещё не иду помогать уничтожать тварей и занят другими делами, мне пришлось выслушать продолжительную череду оскорблений, после которых человеческая самка прекратила разговор и на дальнейшие вызовы не откликалась.

Оскорблённый подобным разговором, в гневе я всё же уничтожил артефакт, разбив его своим оружием.

На следующий день один из патрулей сообщил, что столкнулся с отрядом олодцев. Обошлось без жертв, но нас заметили, после чего отряд аборигенов спешно удалился. Самое главное, что не случилось кровопролития. Олодцы в этой войне — мои союзники, и главное — не допустить сражения с ними.

Проблема в том, что они об этом не знают. У них нет артефакта, аналогичного моему, с помощью которого я мог бы с ними переговорить. Мы для них — ещё одни противники, высадившиеся на их территории. Я мог бы отправить послов, которые сообщили бы о моих намерениях, но я не знал, куда сейчас можно их отправить. Столица в осаде или вовсе пала, где и кто сейчас старший, одному лишь Первояйцу известно.