Кровь. Надежда. Эгоизм.

Повсюду валялись искалеченные тела людей и тварей, будто бы по ущелью прокатилась жуткая гигантская мясорубка. Не было вокруг ни одной живой души.

Что же здесь произошло? И чем закончился бой?

Я поднялся на ноги, кряхтя, словно столетний дед, осмотрелся ещё раз. Обнаружил неподалёку свой посох и клевец, а после отправился в сторону Чивуака. Чем дальше я шёл, тем больше мне не нравилось увиденное. Трупов тварей было слишком много. Как и трупов людей. Со мной не было столько воинов…

Вдали показались укрепления.

Возле них и на них кипела какая-то возня, мельтешили тёмные пятна, едва различимые во мраке ночи. Похоже, отряд тварей, чего я и опасался, оказался не единственным, и, еле расправившись с одним, моим товарищам пришлось бороться с другими. Я поспешил к стенам, так как почувствовал, что мой резерв манны наполовину полон, и решил помочь товарищам.

В огромном тёмном пятне я не сразу узнал Бурого, не столько даже из-за темноты, сколько из-за многочисленных ран.

Задние ноги были изранены так, что он не мог на них стоять и лишь вяло отбивался передними. Шерсть слиплась от крови, а на морде кусками свисали обрывки кожи, из тела торчало несколько обломанных кусков лап тварей.

У стены стояло несколько воинов, с трудом отбивающихся от наседающего врага, а со стен им помогали многочисленные стрелки, стрелы которых не особо пробивали толстую броню новых тварей.

Оло тоже был на стене, но лишь хмуро смотрел на бойню — манны у него, судя по всему, уже не осталось.

Зато у меня эта энергия была, и я поспешил на выручку выжившим. Враг не ожидал нападения с тыла и всецело увлёкся боем, что позволило мне спокойно наколдовать несколько фаерболов, прежде чем меня заметили. Огненные шары были маленькими, бил я точечно, боясь задеть взрывом людей.

Тут твари сдрейфили. Их и так оставалось немного, а теперь, получив удар с тыла, они не на шутку испугались, а потом и вовсе запаниковали, подставляя бойцам у стен уязвимую спину.

Я был не в лучшей физической форме, а оттого плохо запомнил события того вечера, поэтому подробностей схватки не запомнил. Могу лишь сказать, что, потеряв запас манны, половину десятины времени и ещё троих бойцов мы одержали верх в этой битве.

Я рухнул на колени. Бурый лежал на земле, не то умерев, не то просто потеряв много крови и энергии. Наверное, мне должно было быть жалко его и павших воинов, но у меня не было на это сил.