Кровь. Надежда. Эгоизм.

Знакомый нашего короля каким-то образом сумел выйти на всех братьев и сестёр нашей женщины-кошки, выкупил их, а затем направил к нам. Шиара плясала от радости, когда поняла, что это её родственники. По этому поводу мы устроили небольшой праздник, что было очень кстати, ведь нам нужно было как-то расслабиться в столь нервной обстановке.

Похоже, сегодня наша разумная кошка стала самой верной подданной короля.

Тем временем подготовка к обороне шла вовсю: совсем зелёные новички, что никогда не держали в руках оружие, учились азам военного дела у немногочисленных оставшихся в нашем распоряжении ветеранов.

Гравиус стал совсем бледным и худым и уже походил не на бравого гнома кузнеца, а на приведение, что жило в кузнице. Однако был и результат — владельцами полноценного оружия с каждым днём становились всё больше разумных. Лена и рабочие постепенно заканчивали строительство укреплений. Я полностью восстановился от ран, благодаря Лене завёл знакомство с побережниками — они оказались хорошими ребятами, хотя и выглядели довольно странно. А ведь я видел их и раньше, но почему-то мысли заключить с ними союз у меня не возникло.

Однажды у меня появилась свободная минута, и я решил навестить своего друга Марона, благо я направлялся домой и мне было по пути. После стука в дверь никто открыл. Я сперва решил, что знахарь вместе с оставшейся в живых сестрой отправился на сбор целебных трав, ибо это было делом вполне привычным для знахаря. Однако случайный прохожий, что оказался его соседом, сообщил мне, что сегодня лекарь из дома не выходил.

Тревожные мысли появились в моей голове. Я постучал сильнее. Ничего не произошло. Не дождавшись результата, я решил выломать дверь и уже отошёл на достаточное расстояние для разгона, как дверь отворила выжившая сестра Марона.

Я было обрадовался, что всё в порядке и мой стук сперва просто никто не услышал, но увидев, что на девушке совсем нет лица понял, что дело плохо.

— Идём, — одними губами прошептала девушка.

Я молча двинулся следом. Мы поднялись на второй этаж. С красным, словно спелый помидор, лицом, с бугрящимися, будто канаты, венами, и с пеной у рта на кровати Марон лежал с залитыми кровью глазами.

Позади его головы на подушке лежал шипастый орган, что мы добыли из головы королевы. Подойдя ближе, я увидел, что часть его шипов воткнута в череп Марона.

— Зачем? — задал я вопрос, хотя не был уверен, что в таком состоянии друг меня понимает.