Кровь. Надежда. Эгоизм.

Правый мой глаз почему-то не открывался, а левый заливала кровь. Да уж, неслабо меня поколотили. Но нет времени на рефлексию. Пока меня били, верёвки, связывающие меня, ослабли, и я смог вытащить из-за пояса посох, который разбойники приняли за обычную палку, а потому не забрали. Ну не знакомы в большинстве своём жители континента с магией!

Быстрым движением окровавленной руки, сжимающей посох, создаю в воздухе конструкт — треугольник, можно было бы и звезду, но её дольше, а сейчас каждая доля секунды важна, нужно успеть сотворить заклинание до того, как упавший от удара Копчёный поднимется и прекратит моё колдовство.

Так, теперь черёд рун: огонь, отталкивание, поглощение. Этим заклинанием я выжег во сне рой комаров. Им же выжгу разбойников. Но вложу в заклинание всю манну, которая вмещается в мою искру. Не самое разумное решение в столь малом и замкнутом помещении, но действовать надо наверняка.

Рука не дрогнула. Конструкт не рассыпался на части, а руны были выведены с точностью до микрона. Я был сосредоточен как никогда.

В мгновение ока огонь заполнил всё помещение. Я быстро, насколько мог, упал из сидячего положения на пол и закинул на спину удачно подвернувшуюся под руку тряпку и задержал дыхание.

Раздались крики. Огонь не исчез через секунду или две, как я предполагал изначально. Похоже, я всё же напутал что-то в заклинании. Наверное, надо было заменить какую-нибудь одну руну, не зря ведь в заклинании фаербола используется руна ускорения.

Огонь продолжал полыхать, заполняя всё помещение.

Меня спасало лишь то, что я валялся на полу, не чувствовал боли и был накрыт какой-то тряпкой, которая наверняка уже догорает. Нужно скорее выбираться.

Я быстро отправил Бурому мысль-команду двигаться мне навстречу, а сам пополз в направлении, где, по моему представлению, должен был быть лаз.

Что-то мягкое, липкое и ужасно горячее преградило мне путь. Похоже, это лежал опалённый труп одного из бандитов. Я прополз по нему.

Я был не в силах больше сдерживать дыхание и сделал короткий вдох.

Тут же закашлялся, из глаз бежали слёзы, а горение всё не прекращалось.

Наконец мне удалось нащупать лаз в стене, который под углом вёл на поверхность. Я быстро стал перебирать руками, вытаскивая непослушное тело из горящего ада. Вдруг моё продвижение замедлилось. Похоже, я зацепился за что-то ногой.

Нельзя разворачиваться и искать причину. Нет времени. Я не чувствую боли от того, что сгораю заживо лишь потому, что Голос не даёт мне её чувствовать.