Кровь. Надежда. Эгоизм.

У меня нет времени, чтобы сидеть без дела и дожидаться решения суда, в результате которого нас, возможно, казнят.

Оружия у нас не было, его забрали напавшие на нас крестьяне. Поэтому будем импровизировать. К счастью, несмотря на приближающуюся зиму, погода стоит довольно тёплая и голова моя соображает, как надо.

Но, несмотря на бурную мыслительную деятельность, придумать мне ничего так и не удалось. Когда нас посадили в тюрьму, удобного момента, чтобы сбежать, тоже не случилось.

Но, к моему превеликому удовольствию, нас посадили в камеру, в которой было сразу два десятка заключённых.

Они оказались вполне подходящим источником информации.

Судебная система в Тарлии немного отличается от таковых в других государствах. Здесь по мелким вопросам тебя просто изобьют на месте. По вопросам более серьёзным собираются городские советы из уважаемых граждан и выносят приговор. Это, как правило, либо смертная казнь, либо исправительные работы на рудниках или подобных им местах, где требуется грубая сила.

В тюрьмы сажают лишь в очень редких случаях и чаще всего ненадолго — до суда или казни. Но вот вопросы максимально серьёзные, будь то вопрос о серийных убийцах, о продолжительном разбое и все подобные рассматривает единственный суд в стране, что находится в столице. А ожидают суда заключённые в одной из немногих в стране тюрьм. Ожидают, как правило, не слишком долго. Обычно все дела уже расследованы в какой-то мере до того, как разумный попадает в тюрьму.

Ежедневно рассматриваются дела заключённых одной из камер, коих здесь десять, причём неважно, по одному преступлению вас обвиняют или по совершенно разным.

Так что ждать своей участи преступникам нужно не более недели. Нам повезло, если так можно выразиться, судить нас будут уже завтра.

На ужин принесли жидкую баланду, которая была такой же мерзкой на вкус, как и выглядела. Но мы не ели несколько дней, поэтому были рады даже ей. После ужина мы легли спать. Завтра предстоит тяжёлый день, и перед ним нужно как следует набраться сил.

Осеннее светило не собиралось подниматься высоко в небо. Оно шествовало плавно, не слишком высоко поднявшись над горизонтом, и к полудню едва набирало достаточную высоту, чтобы согреть нас вопреки плотной городской застройке из двухэтажных каменных зданий.

Суд проходил прямо на площади, рядом с виселицей, на специальном деревянном помосте. Весьма символично, на мой взгляд. Всех гостей тюремной камеры вывели на площадь и запихнули в отдельные клетки.