Кровь. Надежда. Эгоизм.

Пусть рабочие тщательнее отбирают нужные камни, а перед тем, как закладывать их в печь, калят на огне вдвое дольше, чем раньше. Так будет дольше, но примесей так выгорит больше, ещё до закладки в печь. Ещё, чтобы металл был менее ломким, попробуй делать его более мягким, для этого можно переплавлять его несколько раз, так из металла уйдёт лишний углерод. Ну и долгая ковка тоже способствует удалению примесей. Ещё, как вариант, попробуйте сделать небольшое окошко в блауофене, которое можно будет открывать во время плавки и вычерпывать через него плавающий в расплаве шлак.

Других способов, которые мы сможем применить в наших условиях, я не знаю.

— Мудрёно сильно. Но я тебя понял. Ладно, бывай!

— Ага, спасибо что зашёл справиться о моём здоровье! — крикнул я вслед убегающему гному.

Ну вот как это называется? Я думал, что хоть кто-то переживает за моё здоровье, а тут нате, пожалуйста! Выяснил, что ему было нужно, и убежал, маленький бородатый проныра!

Ну, ничего, я ему ещё весточку отправлю, пусть поработает немного на моё здоровье, благо рядом с кроватью есть вощёная дощечка и стилус.

Нужно кое-что вспомнить, продумать, начертить, а потом передать гному.

Пока я сидел за чертежом, в комнату ко мне вошёл ещё один посетитель, которого я заметил, лишь когда он поздоровался со мной.

— Привет, друг.

— Марон! Дружище! Как же я рад тебя видеть!

Марон подошёл ко мне и крепко обнял.

— Совсем не шевелятся? — спросил он.

— Совсем.

— И ничего не чувствуют?

— Ничего. Сможешь что-то сделать?

— Я тут кое-какие эксперименты проводил с тварями, с маннитом, у земляков твоих кое-чему поучился, но… Пока нет.

Мне нужно ещё время, ещё ресурсы из чудовищ, ещё маннит, провести кое-какие эксперименты, и тогда, я уверен, что всё получится.

— Я и не надеялся на положительный ответ, но… Стоп! Что? Какие земляки?

— А, ну да, ты же не в курсе. Тебя не было всё это время, пока они были здесь, а как только они отплыли, ты сразу же пришёл в себя. Очень уж ты невезучий, Саян! В одном тебе повезло ­—меня встретил.

Если бы не я, ты бы помер уже.

— Я не понимаю, друг, о каких земляках ты говоришь?

— О твоих, конечно же! Пока тебя не было, приплыли галеры, на которых были пленённые пираты, освобождённые рабы и толпа твоих земляков. Они были странно одеты, говорили так, что их никто не понимал, у них были всякие интересные штуки. Они пробыли здесь какое-то время, большую часть из которого учились управляться с галерой, а сегодня рано утром уплыли.