Это другое

Вот только Силин не учел, что то препятствие, где человек застрял бы на некоторое время, для пятиметрового гиганта — лишь несерьёзная ямка. Да и какими бы покалеченными ни были его древесные конечности, но лишь ненадолго чудище замешкалось в этом вот, прямо посреди брусчатки возникшем углублении. И где его, увы, но никак не успевают надежно закидать всяким взрывающимся силовики, которые также активно участвуют в изничтожении этой неведомой х... аномалии. Очень скоро, гораздо быстрее чем хотелось бы, голем выбрался из ловушки и.

.. Нет, не пошагал дальше, а тут же получил землешип себе прямо в ствол в районе, скажем так, паха. То есть Силину снова удалось задержать цель, и теперь можно, а то и нужно, продолжать усиленно расходовать БК.

Как и для чар «Яма», чарам «Земляной шип» потребовалось почти двенадцатисекундное вращение руками, чтобы на тех же условиях затем отправить в полет аналогично эдакий сгусток, который в итоге обратился, причем невообразимо стремительно, таким себе сталагмитом, немногим менее чем метровой высоты, из словно бы спёкшегося до каменного состояния грунта.

И такой шип, кстати весьма острый, способен пропороть не то что древесину, пусть в случае голема весьма плотную и довольно вязкую, но и вполне себе сталь. Не сильно толстую, конечно.

Насаженная на землешип громадина некоторое время тыкается на месте, пытаясь сняться или сломить его собственным весом, однако безуспешно. И данная, как рассудил начитанный Славик, трансфигурированная материя будет оставаться таковой ещё несколько минут, пока не рассыпется горкой обычной земли.

Хотя возможен и режим навечного сохранения формы, но сейчас иной случай.

В общем, пользуясь моментом, Силин снова шарашит огнешарами по задержанной цели, а его активно поддерживают, пусть теперь лишь только из стрелковки, все прочие, расстрелявшие уже всё тяжелое. И вот-вот гигант уже падёт, как вдруг... Гадский древень прекращает движение, но только чтобы вонзить свои корни-ноги в почву, прямо через развороченную брусчатку, и спустя несколько минут, во время которых не обращает внимания на непрекращающийся обстрел, всё в радиусе нескольких метров превращается прямо-таки в мертвую пустошь.

Выпитые же из всего живого вокруг соки позволяют живучей твари натурально отхилиться до капа, как назвал этот процесс сведущий Славик. Снова, удивляя сочной листвой и обилием длинных и таких смертоносных ветвей кроны, голем цел и невредим, готовый продолжить своё неукротимое шествие. Примерно до подлёта «грачей».