Это другое

— Отвали! — грубо оттолкнула новоявленную подружку рыжая, уже бывшая на пике, даже без стандартных стимуляций, а тут влезла расчувствовавшаяся и всё портящая соперница. Такая близорукая в своих играх в совестливость.

— Так, девочки, мне надо отлучиться, а вы тут не ссорьтесь. Это понятно? — вставая, хоть что-то наконец произнес невозмутимый Силин, только что закончивший подготовку к ночной «прогулке». При этом он надавил не терпящей возражений интонацией на последней фразе.

— А я что, я ничего, — тут же выдала сложившая руки за спиной и едва не принявшаяся насвистывать Котова.

— Я пока сделаю твои уроки! Я уже потренировалась, и почерк почти как у тебя выходит, — с готовностью и рвением выдала вся трепещущая Сомова.

— Я с тобой! — возбужденно заявила не находящая себе места от предвкушения очередной движухи Рогова.

— Я эффективнее работаю, когда сам. А вы, пока я занят, поддерживайте и заботьтесь друг о друге. Ведь все вы мне очень дороги, — достаточно мягко и с явственной теплотой в голосе, будто бы даже искренне, во всяком случае глаза его были честны, ответил Силин.

Ласково при всём при этом потрепав по волосам всё ещё пребывающую у него в ногах рыжую, чье личико бесцеремонно приподнял за подбородок, дабы её боготворящие мучителя зеленые глаза оказались напротив его беспристрастных серых. А затем, не отпуская их хозяйку и принуждая её смотреть на это, свободной рукой привлек к себе обладательницу жгучих черных и, сильно прижав ту к себе, шепнул на ухо: «Потерпи.

Скоро уже». При этом он чуть прикусил мочку уха задрожавшей девушки, влив в этот момент немного Силы, слегка унявшей жаждущую новой порции адреналина неспокойную особу с черным каре. В заключение всего, горячий поцелуй получила даже не успевшая понять, возмутиться, ну и для приличия посопротивляться, как оказалось, такая эмоциональная, какой бы расчетливой и коварной она себя не мнила, обладательница теперь растерянных голубых глаз над залившимися румянцем щечками, тут же стыдливо упрятанными в золотых локонах.

— Всё, я пошел, — так и не удостоив ни поцелуем, ни объятиями, впрочем, кончившую от такого рыжую, бросил на прощание Силин.

Затем деловито подхватил рюкзак с ПП и снаряженными магазинами внутри, а также с притороченной снаружи шашкой в свёртке(рука-лицо), ну и покинул квартиру, чтобы отправиться воздать по заслугам Султану.