Страж перевала. Маг

Это было уже чем-то совсем диким: зомби действительно пытался освободиться! Мысли заметались в поисках наилучшего варианта. Сжечь? Или посмотреть, чем это закончится?

«Голод...»

— Мяу!

Откуда-то сбоку выскочил Мурзик, которого Игорь забрал у родителей в минувшие каникулы, и с урчанием вцепился в шею птицы. Позвоночник хрустнул, и зомби беспомощно упал на бок...

«Сьем?»

Последняя мысль чудовища прозвучала почти неуверенно. А потом голос затих окончательно. Мурзик, грозно шипя, отскочил от тушки. Потрогав её лапой и убедившись, что жертва не двигается, кот покосился на хозяина и начал жадно слизывать редкие капли крови.

Игорь машинально погладил питомца по черной шерстке, а затем убрал со стола. Разрезав нитки, вытащил рубин и убедился, что энергия внутри закончилась. Возможно, именно это, а не вмешательство питомца, и послужило причиной упокоения нежити? Неважно...

— Мяу!

Кот требовательно потерся о ногу, и Игорь вновь посмотрел на тушку курицы. Хотя особой брезгливостью он не отличался, идея сварить из зомби суп больше не вызывала энтузиазма.

Пожалуй, кот заслужил награду. Не хоронить же её, в самом-то деле?

***

Много съеденных жертв назад он был добрым духом. Добрым, сильным и справедливым. Настолько сильным и настолько справедливым, что никто на десять дней пути не смел усомниться в этих фактах!

В те времена у него имелся свой храм и даже жрец, который заставлял других людей приносить на Большой Камень дары. Это было правильно, хотя и бесполезно: большинство приношений нельзя было съесть.

Духу нельзя, человек именно это с ними и делал. Но дух и так не голодал.

Иногда его вызывали маги. Они тоже знали, что он силен, и лишь смиренно просили о всякой ерунде. В основном хотели бессмертия, а, получив отказ, чаще всего предлагали съесть другого человека. Люди глупы, и придумать что-то новое им трудно. Один, правда, придумал: предложил съесть только сердце. Из-вра-ще-нец. Ну, его душу он съел первой. Не потому, что обиделся, просто пришла очередь съесть очередного вызывателя.

Тогда у него существовало правило: убивать каждого второго мага. Очень мудро — поток желающих рискнуть не иссякал долгие годы. Да, тогда он ещё мог позволить себе милосердие, пищи-энергии хватало. Он мог бы не есть людей совсем, но что лучше сочной души мага, звенящей от боли, и чувства неотвратимой смерти? Только две души!

В те далекие времена его звали Дар-Кыгых. Имя, которым матери пугали детенышей.