Место, где земля закругляется.2

Или они набирались из раскаявшихся узников, пожелавших сменить сидение взаперти на работу с людьми, бывшими сотоварищами.

Этот был ростом под два метра, с широкими покатыми плечами, бычьей шеей и округлой головой, о которую впору разбивать кирпичи. На поясе у него болталась увесистая дубинка. У дубинки был вид, как будто ей давно и неоднократно пользовались.

- Чего орёшь? – повторил тюремщик, поднося факел поближе к решётке.

От неожиданности Игорь не сразу нашёл, что ответить. Детина окинул его взглядом с головы до ног и буркнул:

- Жратва кончилась.

Воду тебе давали. Понял? Ням-ням всё.

Для наглядности он даже разинул рот и повращал там пальцем.

- Перед казнью тебя накормят. Тогда и нажрёшься.

Тюремщик усмехнулся, сплюнул под ноги, развернулся и пошёл прочь, тяжело топая ножищами по каменному полу. Игорь наконец опомнился.

- Стоять! – гаркнул он. Мысль, что он останется сейчас здесь один, в темноте и вонище, показалась невыносимой. - А ну стой! Куда пошёл!

Тюремщик застыл на месте и медленно развернулся.

В руке его шипел и брызгал искрами факел. Маленькие чёрные глазки с изумлённым выражением уставились на узника. Как будто вдруг ожил и заговорил человеческим голосом стул или унитаз. Очевидно, раньше итиол не радовал тюремщиков связной речью и разумным поведением.

- Ты это… - неуверенно начал он. – Чего хулиганишь? Смотри, опять маги придут, охладят тебя. Не обрадуешься. А мне за это вставят по самое небалуйся. Мне оно надо?

Детина побагровел от злости, подступил к решётке и, ловко выхватив дубинку, простучал ей по прутьям.

Игорь едва успел убрать руки.

- Позови главного! – рыкнул он, не сбавив тона.

Ключей на поясе у тюремщика не было. Это делало бесполезным первоначальный план. Так что сейчас всё зависело от того, получится ли выбраться отсюда, а для этого нужно было удержать внимание этого верзилы. Может, хоть какая-то польза будет от унылых курсов по всякой психологии и прочему управлению людьми.

А этот детина явно не блещет интеллектом. И, при всей своей звероподобной внешности, наверняка трус и поддаётся влиянию. Главное, не дать ему опомниться.

- Твой начальник. Позови его. Позовёшь – наградят. Не позовёшь – тебе крышка. За то, что не доложил. Вернёшься обратно, откуда пришёл.

Что-то из сказанного задело-таки тюремщика за живое. Детина побагровел ещё больше, бычья шея его покраснела, маленькие глазки вытаращились на узника.