Продавец костей

Вот и хочу у тебя спросить это все одна кружка? Твоя любимая?

- Любимая, да, - устало выдохнул Джеко. – Хотя нет, - он улыбнулся. – Любимую я разбил пару месяцев назад. Вчера разбил вторую любимую, когда Хатт со своим напарником явились.

- Дориана отпустили Сестры? – удивился Дирис. – Так быстро? Он поправился, или успел всем надоесть?

- А я почем знаю, - огрызнулся Джеко. – Сейчас они придут, и спросишь у них сам.

- Придут? Сюда? – Дирис подскочил, одним глотком допил еще остававшуюся половину кружки пива и подхватил плащ.

– Мне пора, Джеко, был рад тебя видеть!

- Ага, - кисло отозвался Джеко.

- Передавай инквизиторам пожелания здоровья!

- Спасибо, Дирис! – улыбнулся стоящий в дверях Мориан. Склонив голову, он смотрел, как медленно оплывает, словно съеживается и отступает назад огромная фигура Дириса. – Твое пожелание как нельзя вовремя! Сегодня что-то уж больно холодно, а зима еще толком и не началась. Как твои дела? Как у вас дела? Много покойников на улицах?

- Хватает, - Дирис перестал пятиться и выпрямился во весь немалый рост.

– Но сегодня не моя смена. Если интересно, можешь спросить у Шегера. Рад, что с тобой все в порядке, Дориан.

- Спасибо, - сухо ответил Дитс, но улыбнулся.

- Я пошел, - Дирис нырнул за дверь, на ходу хлопнув Дориана по плечу, отчего ноги того согнулись, а лицо исказила гримаса боли.

- Наш вчерашний собеседник прибыл? – спросил Мориан, глядящего на них Джеко.

- Еще утром. Заплатил еще золотой, поднялся в комнату, попросил еды и вина.

Больше оттуда не выходил, но просил проводить вас к нему как придете.

- Веди! – Мориан улыбнулся напарнику. Все же хорошо, что он не ошибся. – Мы пришли!

- Дили! – крикнул Джеко, и тут же из-за кухонной шторки появилась голова девочки, - проводи господ инквизиторов к нашему постояльцу, к тому, что заселился сегодня.

- Хорошо, дядя! – Дилия с готовностью подпрыгнула к инквизиторам и, ухватив Дориана за плащ, повела наверх. Уже на лестнице они услышали полный облегчения вздох Джеко.

Юрг сидел на лавке лицом к двери и не двигался. Он не шевельнулся, когда после третьего стука Дилия сама открыла дверь, не двинулся, когда в комнату вошли инквизиторы, не отреагировал, когда Мориан отослал девочку, а Дориан тронул его за плечо. Его лицо походило на маску, застывшую каменную безразличную ко всему маску.

- Он мертв? – спросил Мориан, глядя, как напарник погружается в себя.

- Жив, - пожал плечами Дориан. – Жив, но, как бы это сказать, не здесь.