Грех. Среди облаков.

Кулак уничтожился в миг, а осколки разлетелись по всей арене. Саму Айс откинуло взрывной волной, сильно ранив. Лёд на полу, в радиусе нескольких метров, разрушился. Самому Норману тоже досталось. Так как он был в лежащем положении, взрыв буквально вдавил его в землю. Из-за огромного давления, спина была травмирована. Парень харкнул кровью.

Стужа с трудом поднялась и осмотрела своё тело. Раны покрывали всё её туловище, особенно досталось рукам, на её правом предплечье отсутствовал кусок кожи, девушка подошла слишком близко к противнику, за что и поплатилась.

Ей нужно было менять тактику.

К этому времени поднялся и Норман. Рёбра безумно болели, но он был готов продолжать бой. Наёмник направил на девушку руку, щёлкнув. Звуковая волна хищно направилась к цели. Айс умело заскользила, уходя от атаки, но соперник был не намерен останавливаться на этом. Куча щелчков посыпалась на девушку.

Стужа кружила по арене, выдавая разные пируэты и уворачиваясь от атак. Грешница словно всю жизнь пробыла на коньках, настолько она была великолепна в своём ремесле.

Стужа присела, пропуская над собой очередную звуковую волну. Затем девушка пошла на врага. Скверна в её ладонях начала брыкаться, просясь вырваться наружу. Айс приблизилась к Норману, попутно увернувшись от ещё одной атаки. Не дойдя до него пару метров, она нагнулась, касаясь пола. Оттуда выросла стена льда. Не отрывая руку от земли, она продолжила двигаться, только уже по кругу. А стены вокруг парня росли. Через пару секунд он оказался в центре помещения из льда. Стужа, которая была снаружи, прижала ладони к стенам и принялась закачивать в них скверну.

Тюрьма Нормана всё крепчала и крепчала. Идея заточения парню не приглянулась, поэтому он начал запускать в стены звуковые волны. Атаки бились о ледяную поверхность, частично ломали её, а потом скверна Айс возмещала разрушения, восстанавливая уничтоженное.

– Какое-то ненормальное количество скверны у неё... – температура в тюрьме стремительно падала.

Норман так бездумно и атаковал, пока сам не начал покрываться инеем.

Тело парня стало замерзать, движения замедлились, самочувствие ухудшилось. Нейроны в мозгу тоже словно примёрзли, мозговая активность шла с трудом. Зубы человека застучали, дрожь пробрала его тело. Холод был именно сырым, доходящим до костей. Сознание медленно провалилось во тьму.

– Не спать, урод! – заорал знакомый голос, Лука каким-то образом смог докричаться до наёмника.

От раздражающего голоса у Нормана скулы свело.