Тринадцатый кристалл. Возрождение Варгалов.

Когда то им доводилось слышать истории, о могучих колдунах и их древней темной магии, с помощью которой они призывали к себе,

48 стр.

огромные полчища тварей, подобно этой, с помощью которых они правили мирами и вели жестокие воины между собой. Но с прошествуеммногих тысячелетий, все они сгинули в мир иной, забрав с собой все свои знания, ни оставив после себя ни следа, кроме как лишь одни воспоминания. Теперь же когда, встретившись с одним из самых древних демонов, встреча с которым могла показаться полным абсурдом, им ничего не оставалась, как сразиться с ним и тем самым пройти для себя невероятное испытания, заранее не зная, чем для них это всё закончится.

Не на секунду не теряя бдительности, в ожидая удобного случая для броска, всадники на доли секунды опережая демона, атаковали первыми. Уже, лишь подпустив демона на короткое расстояние, они резко рассыпались передним в разные стороны, тем самым сбивая его с толку, после чего сосредотачивая его внимание каждый на себя, стали атаковать его со всех сторон одновременно. На бешеной скорости кружа вокруг него, они предприняли против него, одну из своих излюбленных атак, смысл которой заключался в том, чтобы пока одни отвлекают противника, другие тем временем, атакуют его и так до тех пор, пака один из них, не нанесёт противнику, последний сокрушительный удар. Демоническая же сущность, тем временем размахивая своими когтистыми лапами, пытался ими подцепить неважно кого из них, дабы разорвать в клочья наглеца, посмелевшего бросить ему вызов, что всё время, ловко ускользали из под самого его носа и каждый раз, нанося ему одну за другой болезненную рану и этим самым, приводя его в неистовою ярость. Но, все наносимые раны демону, были ни, что по сравнению стой болью, что последовала уже в след за остальными, от которой, казалось бы его огромная башка, готова была расколоться на двоя. Уже только ощутив, резкую боль в основании своего хвоста, которым он орудовал, словно гигантским хлыстом, он чуть ли не завывая от боли, бросился в сторону того, кто ухитрился разлучить его с ним, как он тут же принял сокрушительный удар в голову, от своего же собственного хвоста. Только лишь стояло хвосту, утерять всякую связь со своим хозяином, как он сразу же зажил своей собственной жизнью, от чего извиваясь из стороны в сторону, словно взбесившейся гигантский червь, будучи без разбора сметая всё на своём пути, на тот момент, уже не разбираясь, кто свой, а кто чужой.