Легенда о Расколе: Рыцари Света

Но любая вера заразна. Спустя время она становится религией. Творением людским, что прячут им правила угодные за словами сильных людей. Не отбрасывай веру, Кристин. Отбрось все лишнее.

— Но если все так, — посмотрела на старика Кристин, — во что вообще можно верить?

— Это очень простой вопрос и ты сама способна на него ответить.

Девушка вновь повернулась к статуе.

— Но я все равно плохой человек.

— Не ты судья, — возразил старик, — и не тебе осуждать на смерть. Это — моя вера. Но я так же верю в искупление. Содеянного не воротишь даже ты, но это не конец.

Ты побывала там, где мало кто желал бы оказаться, но вспомни, что человек перед тобой оказался подобному творцом.

Земля содрогнулась, вдалеке послышался звон труб и марш бегущих к стенам легионеров. По улицам скакали кони, чьи наездники раздавали громкие приказы. От очередного толчка с потолка осыпалась пыль.

— Он сделал это, — нахмурилась Кристин, прямо смотря в лицо статуе, — что бы дать нам жизнь. Теперь и моя рука не дрогнет.

***

"В различных полисах могут главенствовать совершенно разные Боги, как например Пантей во Фтии.

Из-за этих распрей, что чаще отсылает нас к разности взглядов бытия, и рождались конфликты меж союзными полисами" — Пешком по миру: Том 3.

Солнце еще не успело подняться из-за горизонта, как Иннэл покинул свой шатер и скрылся в бесконечных лабиринтах неаккуратного, кварийского лагеря. Сейчас он всеми силами старался избежать встречи с Эданом и найти способ скрыть от него тот факт, что не владеет силой крови, однако, сколько бы он не думал над этим, ответа так и не находил.

Напротив он так же понимал, что скрываться долго он не сможет и рано или поздно этот разговор его настигнет. Сейчас же его успокаивал факт от части выигранной битвы, ибо теперь вероятность атаки противника была ничтожно низкой и это давало ему необходимое время на решение проблемы.

Так он думал до тех пор, пока не послышался звук кварийского рога. Лагерь моментально ожил и все кварийцы тут же пустились к Леминтенской линии, занимая оборонительные позиции.

Иннэл последовал за ними. Прибежав на место, он застал на передней линии войска свой отряд. Все без исключения смотрели в поле, по которому широким шагом шел один единственный воин.

Черным, позолоченным доспехом выделялся он, в руке нес он круглый щит и два копья с бронзовыми наконечниками. Дойдя до центра поля, он остановился, оглядывая их войско.

— Это он, — скривился Иннэл. — Александр.

— Неужели ищет мести? — обомлел Дастин. — Глупо, но смело.