Алтарных дел мастер. По чужим правилам 6

После его смерти я немного покопался в архивах Особого отдела. Умел, гад, дела проворачивать, таких спецов еще поискать…

Друзья встретились в кабинете боярина, когда солнце начало садиться, и практически все сотрудники городской управы уже покинули здание. Лишь сейчас у них появилось время обсудить опасные тайны, в которые никого не стоило посвящать.

- Так почему же тогда Альбрехт позволил себя убить? – спросил Еремеев.

- Хороший вопрос, - Ларион почесал над ухом. – Знаешь, в одном документе я нашел упоминание о неизлечимой хвори барона, но ниже другой рукой была сделана приписка: дескать, эту «утку» запустил сам Альбрехт, чтобы окружающие думали о его скорой кончине.

- Не поверю, что барон не нашел бы способа излечиться - при его-то деньгах и связях!

- Позднее было объявлено, что он выздоровел.

- Ну, вот, что и требовалось доказать, - пожал плечами Еремеев.

- Возможно…. Но дело в том, что средства от того недуга пока не нашли ни в одной стране. Даже могучему целителю не по силам одолеть эту болезнь.

- Неужели и такие бывают?

- Бывают, - закивал разумник. – Так что в тех бумагах совершенно непонятно, чему верить. Ежели «утка», то… В общем, барон настолько запутал следы, что разобраться, где правда, а где ложь, невозможно.

- Ладно. Допустим, слухи о болезни верны. Кстати, что за хворь такая?

- Прокма. Ее еще называют магической проказой. Я не обнаружил никаких подробностей, но очень похоже… - Ларион задумчиво забарабанил пальцами по столу. - Помнишь, ты рассказывал о Мирославе и Гориславе?

- Еще бы мне их не помнить.

Обе девушки обладали необычным даром. Если одну сестру стоило только развеселить, и Мирослава пророчила осуществление чуть ли не самой заветной мечты, то Горислава, наоборот. Тому, кто ее разозлит, не позавидуешь: обидчик попадал под проклятие и даже глазом моргнуть не успевал, как оно его накрывало. Сестры считали свой дар ужасной напастью и были бесконечно счастливы, когда не без помощи Александра избавились от него.

- На барона могли наслать какое-то мощное проклятие, уж явно было, за что.

Ежели так, он должен был принимать снадобья, отодвигавшие неизбежный конец. Потом, - Ларион задумался, глядя в потолок, - не знаю, что произошло. То ли снадобья перестали действовать, то ли хворь с цепи сорвалась и Альбрехт решил не мучиться, раз уж подвернулся удобный случай громко уйти к падшему.

- Выходит, король Швеции ему еще и услугу оказал?

- Как знать, - со вздохом произнес разумник.