Изгнанник

Эзра, завидев опасность, успел затормозить, но получил пинок от Робина и буквально врезался в горящего подельника. Теперь уже орали двое.

Стриж критически оглядел место преступления. Выглядело вполне правдоподобно. Два умелых и ушлых преступника проникли в особняк при помощи обманки, убили слуг и спящего хозяина дома, затем вскрыли дверь в хранилище, но вот невезение: случайно сдвинули артефакт и бездарно погибли в шаге от сокровищ.

Жаль только, что ценные обманки придётся оставить тут: однако страже требовалось разумное и непротиворечивое объяснение произошедшего.

— Теперь третий, — Стриж отвернулся от обугленных трупов.

Робин бросил последний взгляд на свой артефакт и с тяжёлым вздохом побрёл за пустотником. Было видно, что рыжего душит жаба оставлять дорогие вещи, к тому же купленные за свои кровные деньги. И то, что клан возместит все затраты, не особенно успокаивало земноводное.

— Кисляк, — высунувшись в окно, позвал Робин.

Полукровка настороженно уставился на пройдоху.

— Я слышал крик, — сказал бандит.

— Эзра и Щепа накрылись, — поморщившись, сообщил Робин. — Я им говорил не гнать коней, но хрен там. Узрели слитки и ломанулись, как к родной мамке. И в ловушке гробанулись.

— Идиоты, — смерть подельников ничуть не расстроила бандита. — А слитки?

— Вот и помоги тащить, — Робин махнул рукой. — Пока там благомордые своими делами заняты, надо хватать серебро и делать ноги. А то, неровен час, ещё кто крики слышал и стражу позовет.

Полукровка молча залез на подоконник. Стоило ему просунуться внутрь, как притаившийся сбоку от окна Лёха сломал бандиту шею.

— Ловко ты, — отметил Робин, глядя, как пустотник втаскивает труп в комнату.

— Не зря ж учили, — отозвался тот.

Затащив тело полукровки в спальню, Лёха снял с него вещи и отдал те репликанту. Труп он одел в балахон пустотника, а затем уложил на тюфяк.

Единственной проблемой была татуировка-переводчик на руке. Она, в отличие от той, что на шее, не пропадала после смерти мага, к которому был привязан пустотник.

Затем уронили стоявший рядом тяжёлый комод так, что он раздробил руку, часть плеча и голову Кисляка. Теперь с опознанием пустышки возникнут серьёзные трудности. Да и кому надо его опознавать, когда всё и так очевидно?

— Уходим, — завершив грязную работу, скомандовал Стриж.