Мистик

            - Годится. Они все равно уже мертвы. Самоубийцы добровольные мучительным способом. Все равно сдохнут, я тут только срок убавлю.

            - Это как?  - поинтересовался было Артас, но, приглядевшись к оставшимся в живых, протянул. - А-а, дурман-трава. Тогда ясно. Увы, этого мусора во всех мирах веера хватает. У тебя пять минут. Действуй. А потом мы и отправимся. Ко мне в одно местечко. Там поговорим, поразмыслим, кое-какие детали мне продумать еще надо.

            Говоря эти слова, дитя Хаоса не сомневалось уже в том, что человек выполнит свое последнее тут дело и вернется.

            - Он всегда будет возвращаться, экселенц... Хаос найдет дорогу к его душе. Уже нашел.

            - Это хорошо.

            - Да, неплохо. Но печать Хаоса в его разуме позволит местным радетелям за стабильность и отсутствие перемен слишком быстро всполошиться.

Вот и получается, что попугаем ежика голой попой. Ту бы что-то хитренькое учинить. Но у меня мозги скрипят. Хотите послушать?

            - Уволь, шут. Ты и музыка - понятие слабосовместимые. А за предупреждение спасибо. Но эту проблему я обойду. Если нет памяти, не будет и печати. Она появится только потом, когда ситуация повернется в нужную нам сторону.

            Шут смотрел на своего властелина с легким удивлением.

Оно не было наигранным. Даже постоянные гримасы отошли на второй план, теперь помощник порождения Хаоса казался еще более сложной фигурой, чем раньше.

            - Лишенный памяти человек, наделенный частицей могучей силы и брошенный в очень странный мир. Рискованно... К тому же, как вы собираетесь его направлять?

            - Через тебя, Дурак. Кажется, там ты носишь именно такое имя.

            - Почти.

Игра слов, жонглирование составных частей. Ну а в результате поимеем совсем другое имя. Надо приложить чуток безумной фантазии. Только тогда к моему тамошнему портрету нанесут последние верные штрихи.

            - Плевать. Посмотрим, как он проявит себя в начале пути. Потом появишься сам. Только изящнее, без грубой буффонады. Оценишь, приглядишься. И только потом, если сочтешь верным, направишь его ко мне.