Вдоль границы тумана

Ну, не мне тебя учить, ты уже большой мальчик, — при последних словах голос королевы смягчился, и принцу даже показалось, что в них прозвучали оттенки любви.

Но, зная мать, он в подобное не поверил. Окажись Орлик на месте своего старшего брата Тинневера, то восемь лет назад был бы отдан туману. Релькия абсолютно спокойно отправила тогда сына в жертву. И с тех пор имя принца Тинневера запрещено упоминать в королевстве Корвен. Орлик очень скучал по брату, который всегда о нём заботился и искренне любил, но страшился показывать это матери.

В гневе она была способна на невероятные жестокости. Поэтому он не стал возражать и сейчас её словам:

— Да, мам, сделаю, как скажешь! — Но сам решил всё же подождать исполнять приказ королевы, слишком уж интересно было, как поведёт себя девчонка, появятся ли у неё силы. Принц был уверен, что защитные чары на лаборатории достаточно сильны и скроют любое проявление магии, ведь, сколько он ни делал запрещённых опытов, ни один божественный наблюдатель не заметил.

А матери свойственно быстро забывать то, чему она особо не придавала значения. Сын усыпил её тревогу и можно ставить точку.

— Когда Фордевальд окончательно выздоровеет, будь готов показать ему девчонку в толпе своих раллер, только наложи на неё чары, чтобы не болтала. И скажи, что развлекался в лесу с этой раллерой, когда тебя увидел шпион Гивея и всё неправильно истолковал.

— А разве уже известно, какое доказательство у них против меня? — удивился принц. Хотя он и предполагал, что именно увидел шпион Гивея.

— Да, целитель-маг во время процедуры лечения посла узнал необходимую нам информацию.

— Рискованно, — заметил принц. Подобными свойствами обладала магия природы королевства Перрия, и целителей-выходцев тех земель остались единицы, так как королевство практически полностью уничтожил туман. Но одарённый талантами с рождения Орлик сумел изучить многое и из этой магии, как и из остальных имеющихся во всех королевствах, кроме Мельсапа. Но на Девальвире было запрещено божествами считывание содержимого памяти другого человека, если это не раллер, а свободный житель любого из королевств.

Стоило пострадавшему каким-то образом узнать, что c ним совершили это действие, то он мог обратиться в общий девальвирский суд, где приговор выносили ставленники — избранные божественными наблюдателями люди.

— Что ж, я закрыла того целителя в ледник на пару лет, пусть отдохнёт от забот. — Королева пожала плечами. — Жаль убивать, он талантлив.