МУРР (Магический Университет Реликтовых Рас)

И такая оказалась жаркая, да страстная!

Ванька звонко причмокнул губами, и я строго поглядела на него:

- Ты, тут, без эротических фантазий! Ты рассказывай, давай!

- А я чего? – пожал плечами Ванька, – Я ничего! Солдаткой эта женщина оказалась. А солдаткой в те времена называлась одинокая женщина, чей муж ушёл в солдаты. Без разницы, по чьей воле. Почему одинокая? Потому что часто никто и не знал, жив ли её муж или нет. Если жив, то повторно в брак вступать нельзя! Грех! А может, помер где, а никто и не знает? Вот и живёт такая солдатка, и не жена и не вдова.

И, надо сказать, к таким женщинам отношение было особенное. Снисходительное, что ли. Если другая женщина вступала с мужчиной в связь, то это был страшный грех! А солдаткам прощалось. Мало того! Если вдруг, возвращался муж, после долгих-долгих лет отсутствия, и находил полную избу детишек, то не смел жену попрекать. Считал детей своими и воспитывал, как своих. И всем говорил, что дети, дескать, богом данные! Чтобы старость не в одиночестве коротать.

Вот к такой солдатке судьба нашего Твердислава-Антона и занесла.

Впрочем, какого, там, Твердислава? Та же история: разве признаешься, что ты такого высокого полёта птица, а на самое дно упал? Сказал парень, что Антоном его зовут. Антоном Удалым. Хотел он, было, наутро дальше идти, да солдатка не отпустила. Так он у неё и остался. И не муж, и не любовник. Постоялец.

Ну, плохо ли, хорошо, стали жить вместе. Понятное дело, пахать-сеять Антон не мог. Даже в огороде помочь Авдотье, солдатке, не получалось.

Зато руки у Антона оказались искуссными. Несмотря на то, что на одной из них трёх пальцев не хватало. Мастерил он свистульки для детей. Из дерева вырезал. Да такие заливистые! Мало того, ещё и с птичьими голосами, просто один в один! Вырежет Антон, к примеру кенаря, тот и свистит, как кенарь. Вырежет жаворонка, тот жаворонком поёт. Заслушаешься! Далеко слава о тех свистульках разнеслась. С других городов люди на местный базар приезжали, в надежде такую свистульку купить. А что? Антон зимой свистульки режет, весной продаёт!

Детишки пошли.

Мальчики. Третий как раз народился, когда Антона не стало. На этот раз не повезло. Не усмотрела за ним в этот раз птица-удача. Переходил он дорогу, а по ней в этот миг царский гонец на лихой тройке мчался. Кучера, конечно, кричали во всю глотку: «Пади!», предупреждая окрестный люд. Да, Антон со своим костылём замешкался. Сшибло его конской грудью, отшвырнуло, будто лист сухой, по стене ближайшего дома чуть не размазало.