МУРР (Магический Университет Реликтовых Рас)

На мой взгляд, встретились они чуть ли не по родственному. Тепло обнялись, улыбаясь друг другу. Интересно, если они такие друзья, почему мне нельзя было присутствовать при встрече? Роман Викентьевич заговорил с лесничим и ткнул пальцем через плечо в мою сторону. То есть, он не скрывает, что я его сопровождаю? Вообще странно! Лесничий тоже что-то горячо рассказывал, показывая пальцем в сторону запада. Кольцов кивал понимающе. Потом они ещё раз по-братски обнялись и профессор вскочил в седло. И поехал в мою сторону, провожаемый внимательным взглядом лесничего.

Я поспешила вернуться на то место, где меня оставили.

Профессор подъехал и кивнул мне, чтобы я следовала за ним. Я подчинилась.

- Подсматривала? – спросил Кольцов, как о чём-то, само собой разумеющемся.

- Очень надо! – фыркнула я.

- Подсматривала! – уличил меня профессор, показывая на следы, – Впрочем, здесь секрета нет. Лесничий этот, бывший выпускник нашего Университета, боевой маг, мой воспитанник. Однажды, был назначен в сопровождение чрезвычайного и полномочного посла.

Кортеж подвергнулся нападению. Парень проявил отвагу и героизм, сражался до смерти. И спас-таки и посла и ценные документы.

- До смерти? – переспросила я.

- До смерти, – серьёзно подтвердил Кольцов, – Его, в буквальном смысле, с того света вытащили. Живой водой отпаивали. Однако, повреждения оказались настолько тяжёлыми, что полностью восстановиться парню так и не удалось. В смысле, физически он крепок и здоров, а магическая аура порвана в клочья.

Может, и заживёт. Лет через пятнадцать. Тогда он вернётся в строй боевых магов.

Профессор сокрушённо покачал головой, думая о чём-то своём, потом встряхнулся.

- Дальше всё, как положено. Парня назвали героем и наградили орденом, в соседнюю страну послали ноту протеста. Те начали объяснять, что нападение произошло дикими гарверами, в дикой местности, то да сё … Наши возразили, что если нападение произошло на территории их страны, то неважно, где именно напали и кто именно напал, ответственность всё равно несут власти страны пребывания.

В общем, дипломаты ругаются до сих пор, а парень захотел работать на природе. Я лично ему выхлопотал место здесь, в заповеднике. Признаюсь, имея некие корыстные цели. Вот, как сейчас.

- А почему мне нельзя было подьехать, познакомиться? – задала я, наконец-то, свой больной вопрос, – Он что, ведьм недолюбливает?

- Нет-нет, – замялся Роман Викентьевич, – Не в этом дело. Дело в запахе.