Разбитый мир II. Сердце Триединства

Хотя есть ли сейчас смысл хоть в чем-нибудь? Потому он наклонился над Адель и прошептал то, что хотел сказать ей.

В ушах шумело, перед глазами плыло, ноги отнялись, руки не слушались. Его подвесили в бесконечной пустоте, где ладонь и волосы Адель были последней опорой, за которую он держался. Но скоро они перестанут существовать, и он упадет.

– ... отойди.

Чей-то голос. Движение. Форма Мартеса стала синей. Его руки снова над ранами Адель. Зачем? Он же сказал, что это бессмысленно.

А потом был свет.

Дармера вышвырнуло из мыслей.

Он ошалело помотал головой, но дезориентация быстро прошла. Свет, в котором переливались все цвета мира, согревал и наполнял опустошенный дух спокойствием. Это не его Вспышка, белая и безжизненная. Этот свет нес в себе нечто большее.

Дармер протер глаза и увидел сидящую напротив Кси. Она, а не Мартес, держала ладони над Адель, и свет шел от ее рук.

Когда он потух, на животе Адель осталась дырявая, пропитанная кровью форма. А в прорехах виднелась кожа.

На лицо Адель вернулись краски.

Серые глаза заблестели.

– Поверить не могу… Кси, ты создала Жизнь! Когда ты смогла? Почему не говорила?

– Всего однажды удалось создать. Думала, сейчас ничего не выйдет. Удивляюсь, что все получилось с первого раза.

Голос Кси звучал устало и грустно. Дармеру даже показалось, на ее щеках блестят слезы, но Кси встала и отвернулась, потому он не был уверен. Но долго над поведением сокомандницы Дармер не раздумывал и переключил внимание на Адель.

– Как ты? – спросил он с беспокойством.

– Хорошо, – проговорила Адель неуверенно. – Холодно только. Спина замерзла.

Стоило ей это сказать, как Дармер тоже ощутил холод. Он почти не чувствовал коленей.

Причиной оказалось белое вещество под ними. Оно было холодным, мокрым и быстро таяло, превращаясь в воду.

Должно быть, это снег. Дармер никогда не видел его раньше.

Он встал и помог подняться Адель. Тело плохо слушалось ее, и Дармер позволил держаться за себя.

– Салли, вставай, иначе тоже замерзнешь.

Но та осталась сидеть на снегу.

Она больше не плакала, но глаза ее опухли и слезились. Салли зачерпнула снег и уткнула в ладони лицо.

– Мартес, Трим, поднимите ее, – распорядился Дармер, – и отнесите в госпиталь. Я донесу Адель. Мартес, проверь, остались ли наверху враги.

– Нет, – ответила ему Адель. Рука, что Дармер сжимал в своей, наконец-то стала теплой. – Там никого нет.

– А маги во дворце? Гимнур Спинорог? Что с ними?

– Мертвы. Старейшина тоже. Властители убили всех.