Мир в огне

– Барон, я сегодня никого не принимаю…

Стратавен оказался мужиком тактичным, и состояние молодого человека оценил сразу. Поэтому лишь усмехнулся, помог подняться в комнату и попрощался:

– Я всё понимаю, дан Хекки. Тогда до вечера. И не уезжайте без меня, моё обещание всё ещё в силе.

Стратавен и впрямь вернулся тем же вечером. Неожиданно для Харелта он явился не потащить его на какую-то оргию, как намекал, а передал тиснёную картонку официального приглашения и попросил:

– Дан Хекки, мне право неудобно, вы и так уже, наверное, устали.

Но вы очень меня обяжете, если согласитесь принять приглашение на сегодня главы Торговой палаты Торфинса. Буквально небольшой приём…

– Ну хорошему человеку отчего не помочь, – вздохнул Харелт. – Вино-то хоть там приличное? И чтобы никаких готовых запрыгнуть в постель неумелых дур. Таких можно найти сколько угодно и не покидая Турнейга.

– Как вы могли подумать, дан Хекки? Сегодня там только солидные люди.

Дом, куда Стратавен привёз столичного гостя, от самых дверей встречал огромной прихожей с массивной помпезной лестницей, которая вела на второй этаж.

Здесь вообще всё отличалось пышностью отделки, королевский размах и показной гипертрофированный шик, богатство и роскошь напоказ. Обильная лепнина на потолке и стенах, фрески и сплошняком картины вдоль лестницы. А ещё везде много позолоты, от которой рябило в глазах. Даже гобелены и драпировка стен сплошь расшиты золотыми нитями. Разве что пол не из золотых плашек, а мрамор да художественный паркет из красного дерева.

Стоило подняться на второй этаж и переступить порог огромной двустворчатой двери с вычурным позолоченным орнаментом, как Харелт и Стратавен попали в зал для приёмов. Всё та же помпезная роскошь позолоченной лепнины и обоев в золотом орнаменте. У одной из стен располагался огромный камин, в котором пылал настоящий огонь – спасибо, хоть вокруг него позолоты не имелось. Просто белый камень, украшенный резьбой. Зато остальное опять покрыто золотом и бронзой: что столики с широкими резными ножками, что пёстрые диваны и стулья с золочёными подлокотниками.

У кого-то явно был избыток денег и этот кто-то своё богатство старался всем ткнуть в лицо.

Золотое великолепие вместо нормальных ламп было освещено сотнями свечей, которые висели и стояли повсюду. Благодаря им в комнате царил приятный мистический полумрак, в котором, надо признать, здешняя позолота и лепнина всё-таки смотрелись более-менее уместно.