Мир в огне

Фургоны неторопливо тащились по октябрьской распутице на запад, к океану. Места попались глухие, поэтому хоть что-то заработать можно было и не надеяться. Но другого пути не было, либо здесь, либо огромный крюк до Западного Лесного тракта. А терять месяц или полтора ни Ислуин, ни Лейтис не хотели. Остальных же актёров убедили, мол, не стоит рисковать: застрянут на берегу из-за погоды – а вдруг святой на них обидится? Решит, что специально не торопились, чтобы к штормам подгадать и никуда не ехать.

Сегодня погода была какой-то особенно мерзкой. Осенний дождь стучит по крышам фургонов, бурые облетевшие листья с деревьев вдоль дороги под колёсами смешались с грязью. Дорога раскисла, но было понятно, что едва начнутся сумерки, как в продрогших лужах начнёт мёрзнуть лёд. Поэтому свернули на первый же попавшийся постоялый двор, не особо разбирая, что за место. Лишь бы под крышу. Низкая закопчённая зала трактира была пуста, не считая парочки торговцев-коробейников, да непонятного дородного мужика то ли с прислугой, то ли со свитой из трёх типов с откровенно разбойничьей рожей.

Обычно хозяева гостиниц не брали за постой денег, если жонглёры перед публикой выступали или Белка соглашалась спеть вечером перед завсегдатаями. Но сегодня Фер и Ислуин, не сговариваясь, кивнули друг другу: чем-то им тип не нравился, да и народу почти никого, лучше заплатить монетами. Договариваться пошёл магистр, с бывшими солдатами спорили реже.

Но сегодня и впрямь день попался какой-то невезучий.

Хозяин уже согласился и назвал цену, когда тот самый непонятный мужик вдруг поднял голову от кувшина с пивом и хмельным голосом заорал:

– О! Актёры! Выступайте давайте!

– Господин, – начал было Фер, – но мы не…

– А ну, спели чего! – опять заорал мужик. – Иначе всем тут хуже будет.

Дальше старшие не успели вмешаться. Поймав испуганный взгляд хозяина трактира, сердобольная Белка сказала:

– Я спою, мне нетрудно.

Скандальный мужик, пока она пела, громко пьяно восхищался, а потом потребовал

– Ик! Чтобы того, как это в обчестве говорят? Короче, чтобы посетила мой дом.

Я не абы кто, я благородный барон и понимаю толк в искусстве.

После чего залпом допил кружку и захрапел прямо за столом.

На Белку же стало жалко смотреть. Кажется, своей торопливостью, она накликала на товарищей одну из тех неприятностей, что всегда мечом висят над судьбой бродяг-хугларов.