Забытые: Тени на снегу

За поляну. И на сто шагов дальше. И ещё на сто. И лишь когда убедилась, что зима вручила все свои сегодняшние «подарки», помогла псу.

– Ложись!.. – крикнула хрипло.

Пёс шустро нырнул обратно, в свою яму. А рукотворное солнце взвилось к чёрным небесам и взорвалось с ослепительной вспышкой. Оставшуюся пятёрку смыло мощной волной тепла.

Всё.

Я плюхнулась на снег и обулась. Попыталась. Руки дрожали, и натянуть первый сапог получилось не сразу. Зашнуровать его – тоже. А куртку ещё и выкапывать пришлось, как и сумку.

Пёс подошёл, чуть прихрамывая.

Сел рядом, и меня накрыло таким теплом... Он был как огромная раскалённая печка. И впервые со времён Гиблой тропы я снова почувствовала себя замёрзшей. Мокрые вещи, пронзительный сырой холод – и неожиданная, непривычная усталость.

А ведь календарно, по правилам, зима ещё не началась – и хвост моей «знающей» осени, поди, мешается. А я чарую смело едва ли не каждый день – и каждый раз на грани Гиблой тропы...

Надо передохнуть.

Вокруг меня по-прежнему кружили мелкие защитные искры.

Несколько я поймала, впитав в себя и согревшись, а остальные сжала в кулаке и повернулась к псу:

– Если не страшно... давай подлечу.

Пёс опустил ко мне окровавленную морду с разорванными губами. Я сложила ладони лодочкой, пёс зажмурился и сжался от брызнувшего света. Раны от шипов быстро затянулись, оставив после себя лишь запёкшуюся кровь на седом «воротнике». И ещё пара капель чар осталась для прокушенной передней лапы. И пара искорок, чтобы подсушить одежду и обувь.

Он тоже устал – то сани тащил, то охотился, то опять сани, то стая.

.. Но когда я, пошатываясь, встала, надела ледяную куртку и подобрала сумку, пёс сразу же подставил спину: садись, мол, прокачу.

– А давай... дружить? – я запустила пальцы в седую шерсть. – Пойдёшь со мной по следам новых Забытых?

Пёс лишь тихо фыркнул. Поднялся и неспешно потрусил по заснеженным тропам обратно, к стоянке. Мимо поломанных елей, перепрыгивая через завалы из ветвей и стволов.

...да, я знаю, что вы давно... не при делах.

Ни при каких. Большинство из вас – точно. Кто-то прячется в горах и лесах, кто-то – в шумных людских поселениях. Но всё же. Подумай. Вдруг захочешь сделать ещё одно очень важное для Шамира дело. Спасти его. И всех нас.

Пёс ссутулился и промолчал, лишь шаг ускорил.

Всё вокруг указывало на то, что нам для расправы достался «хвост» голодной стаи. Заваленная снегом стоянка и серый от усталости Зим, чуткой совой дремавший на маковке рухнувшего ствола, – тоже.