Мое карательное право

Если она к нему и правда вернулась, - с издевкой добавил он.

- А может, вы его просто боитесь? - пытливо уточнила Саломея.

- Что за глупости? - поморщился лучший боец империи. - Чего там бояться? Что мне тростью прилетит?..

На этом моменте я остановил интервью, решив, что едва ли услышу хоть что-то полезное дальше. В принципе, про бретера я знал уже с самого утра, когда в мой родовой особняк заявился секундант Зарецкого с предложением принести его товарищу публичные извинения. После моего отказа он сообщил о замене и озвучил весьма унизительные условия: дуэль без магии, если мне угодно.

После моего второго отказа он немало напрягся и, условившись о месте и времени, покинул мой дом. Дуэль должна состояться завтра вечером.

- Не понимаю, хозяин, - Крис пристроила пепельную голову мне на плечо, - зачем он позвал другого сражаться за себя, если он такой сильный, как тут пишут? - острый ноготок постучал по комментариям.

- Потому что сражаться на арене, - объяснил я, - когда тебе ничего не угрожает, это не то же самое, что сражаться один на один со смертью.

- Может, просто убьем его, господин? - Вэл, сидевшая с другой стороны, тоже прильнула ко мне. - Небесное правосудие на вашей стороне.

Чего не скажешь о человеческом. Сынок генерала находился под защитой имперского офицерства - поэтому мы не можем просто так его убить. Я не могу терять лицо среди этих людей. Мне еще над ними властвовать.

Дернувшись, смартфон уведомил о новом сообщении.

Полли: “Ты же в курсе, что тоже можешь заменить себя?”

Похоже, Полина тоже посмотрела интервью.

В принципе, да - я мог. Но был нюанс: согласно дуэльному кодексу империи, лицо, нанесшее оскорбление, которое повлекло за собой дуэль, не имеет права себя заменить, кроме случаев, когда является несовершеннолетним, слишком старым или признается недееспособным в виду психического или физического увечья. Так что написанное Полиной в какой-то мере вышло обидно.

Полли: “Если что, имей в виду, мне не идет черное…”

Надо же, какая милая забота обо мне.

Я: “А мне не идет быть мертвым. Не волнуйся.”

Не успел я убрать смартфон в карман, как он сообщил об еще одном уведомлении. На этот раз в приложении “Черная база”.

“Сынок вернулся домой. Дергается.”

Губы растянула невольная усмешка. Несмотря на всю самоуверенность, которую демонстрировал на интервью, генеральский сынок был здорово напряжен - кто-то из его слуг делился информацией за вознаграждение: то ли горничная, то ли дворецкий.