Мое карательное право

- На сегодня, - отозвался я, - допросов, пыток и убийств достаточно. У меня сейчас светское мероприятие…

А это Крис ))

Глава 7

- Ваше Сиятельство, Илья Андреевич, кто, по-вашему, стоит за покушениями?

Еще одна вспышка ярко сверкнула прямо в глаза. У здания нашего Фонда, в самом центре столицы, недалеко от Исаакиевского собора, сегодня было не протолкнуться. Непрерывным потоком подъезжали автомобили. Сверкая улыбками и бриллиантами, наряженные гости поднимались по застеленным красной дорожкой ступеням и под вспышки камер заходили в здание.

Журналисты гудели как рой бешеных пчел. Те, которых пригласили официально, ждали внутри. Остальных же не пустили дальше входа, и вот теперь они плотной толпой напирали на ограждение, даже отсюда пытаясь урвать как можно больше и не ограничиваясь одними лишь фотографиями.

- Газета "Вестник столицы”! - молодая журналистка перегнулась за красную ленту, пытаясь докричаться до меня. - Что станет с наследием Воронцовых, когда вас не станет? Если, - тут же поправилась она.

- Если хотите, хозяин, - нарочито скромно предложила Крис в моей голове, - я могу появиться и всех разогнать…

- Или я, господин, - важно произнесла Вэл там же.

Сегодняшний вечер я сказал им провести в подпространстве, незримо наблюдая, но не появляясь среди людей. Хранительницы были моим козырем - главным в этой смертельной игре. А никто не размахивает своими козырями просто так.

- Госпожа Стравинская, - выкрикнул мужчина с огромной камерой, - что вас связывает с князем Воронцовым?.

.

Щелканье затворов напоминало щелканье челюстей пираний, которые бы с удовольствием напали на меня, разодрали на части, а потом бы наперебой писали о моей безвременной кончине. Однако сейчас им приходилось довольствоваться только картинками моего счастливого времяпрепровождения. Вот пускай и постараются. Полина модельно вышагивала рядом, рассылая во все стороны улыбки и с похвальной невозмутимостью игнорируя вопросы и выкрики.

В парадном зале оказалось гораздо тише.

Вспышек здесь было совсем не много - журналисты, которых пустили внутрь, умели вести себя куда лучше, чем те, что топтались снаружи, и чтили границы. В дальнем конце зала играли музыканты. Официанты с подносами, полными бокалов и закусок, перемещались среди гостей в черных смокингах и изящных вечерних платьях. Дамы мерились богатством нарядов, мужчины - красотой своих дам. Повсюду мыли кости и приторно зубоскалили. Словом, типичный светский прием.