Экипаж автобуса

Третий: после неудачи они остались жить в этом мире, поженились и завели детей, а теперь уже постарели и, возможно, уже умерли.

- Вот бы узнать, - я вздохнул, - может, они оставили какие-то записки? Дневник?

- А это мысль, - сказал, вдруг инженер, поднимаясь с места.

Он подошёл к большому камню светло-серого цвета, вынул из кармана какой-то металлический предмет и начал царапать по гладкой поверхности.

- Что это? - спросил я, внимательно наблюдая за его действиями.

- Бронза, - объяснил он, старательно вычерчивая крупную букву, ей можно писать по камню, как карандашом.

Не знаю, насколько долговечной выйдет надпись, но вдруг поможет следующим бедолагам, провалившимся в этот мир. Постараюсь написать пожирнее.

Трудился он долго, часа три, мы уже укладывались спать, когда он предложил оценить его труд. В свете костра мы смогли рассмотреть витиеватое послание гипотетическим товарищам, по несчастью. Маловероятно, что кто-то это увидит, но попытаться всё же стоило.

На светлой поверхности камня выделялись красивые чёрные буквы с металлическим блеском, Иван Петрович старался писать красиво.

"Иван Прокуда, Василий Филин, Умар Мусаев, Кирилл Дергачёв, Варвара Кривенцова, Ольга и Анна Сумины, мы случайно попали в мир Сумасшедшего Бога и теперь ищем выход, следуя к Храму Золотой Луны, что находится на другом континенте, неизвестно, что ждёт нас там. Мы знаем, что у нас были предшественники и будут последователи.

Если вы когда-нибудь прочитаете эту надпись, идите по нашим следам и не теряйте надежды".

Красиво сказано, - заметил Кирилл, накрываясь одеялом и прижимая к себе Варю, - самим бы ещё надежду не потерять.

- Да, думаю ты прав, - грустно согласился Иван Петрович, - отчаяние - самое страшное испытание, оно может убить куда вернее оружия.

В ту ночь мы не выставляли часовых, Анечка сказала, что нам ничто не угрожает, а мы ей поверили. Какой-нибудь матёрый солдат, или выживальщик, каковых в нашем мире тоже немало, поднял бы нас на смех, но нам было глубоко плевать.

Спалось нам, как никогда, спокойно. Проснулись уже засветло, никто никуда не торопился, наскоро перекусили, собрали поклажу и тронулись в путь. Отсюда дорога спускалась вниз, надо полагать, до самого моря. Более того, на каменистой земле, где почти не было снега, можно было разглядеть подобие тропы - утоптанную полосу, ведущую куда-то вдоль.