Экипаж автобуса

Не знаю, что чувствует человек, попавший в такую аномалию, может быть, что и ничего особенного. Кирилл сработал грамотно, он метнулся в сторону, добившись соответствующей реакции Люпуса, тот вильнул за ним и выписал кривую линию внутри аномалии, потом только, видимо, осознав, где находится, метнулся вперёд.

Он был страшен, меч его выписывал фехтовальные фигуры, вот только скорость уже не впечатляла, Кирилл, хоть и с трудом, отбивал его удары, а через некоторое время тот вихрь ударов, которым взорвался охотник, сошёл на нет, он опустил меч и тяжело дышал.

Готово.

Лицо его почти не изменилось, но руки были теперь руками дряхлого старика, неспособного на прежние подвиги. Посмотрев на себя, он внезапно осознал, что именно с ним произошло, зубы его заскрипели, глаза, которые и так выпадали из орбит, раскрылись ещё больше. Заревев раненым динозавром, он кинулся уже на меня. Револьверы заговорили одновременно с рёвом. Надо отдать ему должное, даже сейчас, сильно постарев, он пытался уворачиваться от пуль.

Кое-что даже получилось, преодолев те несколько метров, что нас разделяли, он получил только три пули из двенадцати. В левое плечо, в правую кисть и в шею. Последняя рана была наиболее серьёзной, из шеи вырвало кусок мяса, а кровь стекала рекой.

Я успел отпрыгнуть назад, а меч пронзил пустоту. Рухнув на колени, грозный некогда охотник, с великим трудом поднял руку, которая для него весила тонну. На ладони снова засветился магический узор, но было поздно.

Сзади подошёл Кирилл и, несильно замахнувшись, отрубил ему руку по локоть. После чего вогнал клинок ему в грудь...

Глава двадцать вторая

- ...и Люпус увидел свой конец, - закончил свой рассказ Кирилл.

Мы сидели в просторном помещении портового кабака в селении на берегу. Селение это было довольно крупным, на пару тысяч человек, а то и больше. В море мы увидели огромную бухту, защищённую от неспокойного моря большой горной цепью. Здесь корабли могли отстояться в неспокойное время, отсюда они ходили в плавание.

Рассмотреть, что было с самим морем, пока не получилось, да были волны, шумел прибой, но что там на самом деле, пока осталось тайной.

В помещении было почти пусто, а потому хозяин смог уделить нам некоторое внимание. На столе стоял чугунок, полный наваристой густой ухи. Над ним стоял пар столбом. Здесь же стоял каравай чёрного хлеба. С напитками тут было просто, наливали что-то на основе жжёного сахара или мёда.