Экипаж автобуса

А это, - она показала на дочь, - моя дочь, Анечка, тринадцать лет, седьмой класс, учится хорошо, ещё немного плаванием занимается.

Девочка с важным видом кивнула. Взоры собравшихся устремились на блондинку, которая всё ещё пребывала в ступоре, поняв, что нужно как-то назваться, она заговорила:

- Варвара, Варя, двадцать три, фамилия Кривенцова, а по мужу - Корякина, но я не хочу по мужу.

- ???

- Козёл он, как все богатые, выгнал меня, в чем была, и карту заблокировал, а денег у меня... - она промокнула платком слезы, - только на автобус, не знаю, как в деревню вернуться, стыдно, там все думают, что я теперь богатая.

- Не реви, - успокоил её Кирилл, - если отсюда живыми выберемся, я тебя к себе заберу, я, правда, нищий, зато добрый.

Варя сквозь слёзы улыбнулась.

- А теперь идём спать, - предложил Умар, - только сперва телефоны заряжать воткните, там, на панели есть юэсби разъём.

- А смысл? - не понял я, - связи все равно нет.

- Телефон - это не только связь, это ещё фонарик, диктофон, камера и много, что ещё.

Задние места, где можно было лечь, отдали Варваре с Анечкой, а остальным, включая водителя, пришлось скрючиться на стульях. Я сидя спать не привык, а потому заснуть получилось сильно не сразу. А когда всё же заснул, то почти сразу проснулся, за окном по-прежнему было темно. Выругавшись про себя, я попытался сменить положение, ноги затекли, я их почти не чувствовал.

С кряхтением поднявшись с места, я поковылял к месту водителя, в ногах восстанавливался кровоток, отчего они начали жутко болеть. Умар, тихонько похрапывая, спал на сидении, ему неудобная поза нисколько не мешала.

- Умар, вставай, - я потряс его за плечо, - уже утро, а рассвета нет.

- Как нет? - он встрепенулся, поглядел за окно, потом на часы, потом на меня.

- Теперь понятно? Даже если нас в другой часовой пояс закинуло, за одиннадцать часов должно было солнце встать, здесь ведь не полярный круг, тогда бы холодно было.

Больше ни о чём не говорили, быстро растолкав остальных, мы сообщили им неутешительные новости. Иван Петрович снова начал возражать:

- Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Как это, нет рассвета? Растения ведь растут, а значит, идёт фотосинтез. Как, скажите на милость, он идёт без света.