Экипаж автобуса

А вот другим на помощь он уже не успевал. Умара ударили штыком в бок, падая, он крутанулся всем телом, солдат, вложившись в удар, упал рядом с ним, но тут же вцепился ему в горло руками. Прокуда упал на землю, подкатившись под ноги командиру, тот упал, но почти сразу вскочил и замахнулся саблей. Но за спиной его внезапно возникла Варя, которая, сама визжа от страха, надела ему на голову пустой мешок. Удар сабли не достал инженера, зато разворачиваясь, он зацепил саму Варю. Я не успел разглядеть, что с ней, рискуя задеть своих, я выстрелил из револьвера.

Командир застыл, пошатнулся и упал навзничь, так и не сняв с головы мешок.

Где-то посреди свалки ударил громкий выстрел из пистолета, видимо, Анечка. Ольга с отчаянным воплем рубила саблей спину солдата, который пытался задушить Умара. Силы женской руки не хватало, чтобы нанести серьёзные ранения, но спина была исполосована, а лохмотья, оставшиеся от мундира, пропитались кровью. Добежав, наконец, до места свалки, я потратил ещё три выстрела (а больше и не было) чтобы добить оставшихся.

Последний солдат, который вместо того, чтобы драться, перезаряжал мушкет, вскинул ствол и был тут же снесён огромным волком, вылетевшим из леса с силой снаряда из катапульты. Мог бы и раньше появиться. Всё. Победа за нами.

Осталось только посчитать потери. Умар был плох. Штык вошёл ему в живот, сбоку, возможно, внутренности и не задеты, но вот крови вытекло много, одежда пропитана насквозь. Он сидел бледный, зажимая рану скомканным полотенцем, и что-то тихо говорил.

Прокуда отделался синяками. Кирилл, зарубивший троих, тоже обошёлся без единой царапины, как и я. У Вари остались кровоточащие порезы на плече и запястье, ничего опасного, только внешний вид портят, придётся теперь одежду с рукавами носить. Анечка удачно перемещалась под ногами, умудрившись застрелить одного врага и всадить стилет в бедро второму. Сама при этом не пострадала. Ольга, которая тоже не пострадала, если не считать сильного нервного потрясения. Сейчас она, используя остаток бинтов, пыталась оказывать помощь раненым.

Умар умирать пока не собирался, даже пытался улыбнуться, когда Ольга приматывала ему к боку сложенную в несколько слоёв чистую тряпку. Варя после наложения бинтов на раны, молча, сидела и смотрела на испорченный плащ. Вид у неё был... грустный, вроде как, в ступор впадала. Я решил её подбодрить. Присел рядом и нежно погладил по волосам.

- Ты умница, - сказал я совершенно серьёзно, - Иван Петрович обязан тебе жизнью.