Это другое 2

А затем, утирая слезы и баюкая руку, добавила. — Вот ты, Элька... совсем уже. Руку, блин, чуть не сломала. Попросишь меня в следующий раз ущипнуть тебя, так я...

— Эй, ну чего ты, чего? Я ж шутя, — не на шутку испугавшись «страшной» угрозы, полезла обниматься и нежничать к разобидевшейся подружке Сомова.

— Странно работает этот их Закон, — озвучила свое мнение о происходящем молча топавшая рядом Рогова.

— Он теперь и наш, — не умолчала и вставила-таки свои «пять копеек» в рассуждения брюнетки уже высушившая слезы артистичная блондинка.

— Ага, — рассеянно продолжила Кристина. Но обличительно указав на рыжую, возмутилась. — Хоть плёткой тебя, Элька, жарь, но пока вреда здоровью не будет, ну или жалобы на нарушение Закона, кольцо не остановит болью. При условии, конечно, что нет умысла навредить. А вот пожелай ты, Лерка, кого-нибудь лишь слегка пнуть, от чего даже и синяка не останется, но имея целью столкнуть беднягу с обрыва, например, и тогда так болью скрутит, что мама не горюй(поёжившись). В итоге, получается, так и не дав содеять престрашное.

Мда.

— Это тебе Коржова, что ли, понарассказывала? — недовольно сжав свои красивые губы, но всё же не став развивать тему, поинтересовалась вроде как уличённая Роговой в коварстве Котова, пока напуганная её немилостью Сомова молча семенила рядом.

— Ага. Милая девочка. Дружелюбная. Навязчивая, правда(поморщившись), слегка.

— И из этих...

— Мы все теперь «из этих»! — прервала заносчивую блондинку, между прочим, дочку одного из главных спонсоров мэра Святославля, всё же не умолчавшая, ибо всегда считавшая себя демократичной, а потому такая возмущенная теперь рыжая, всего-то дочь генерала.

НСБ. — Много тебе, Лер, папочка денежек с собой дал? И надолго ли их хватит, с твоими-то аппетитами, а? Так что и ты, моя дорогая, скоро так же, как и Коржова, станешь поглядывать на те бренды, которые столь беспечно носишь в этой глуши, и коим даже цены не знаешь. Говорила же, одевайтесь поскромнее!

— Так куда ж скромнее-то! И так, вон...

— А ты помолчи, Кристина! — прервала возмущения брюнетки разошедшаяся Эльвира.

— Ты отцу, вообще, говорила, что уехала?

— Да-а... как-то не...

— Вот ду-у-ура! — пока Сомова, лишившись дара речи, стояла с открытым ртом, схватилась за голову Котова после такой вот отповеди Роговой, на минуточку, дочери одного из почти что криминальных лидеров региона, сейчас несколько уступившего позиции более молодым и активным «понаехавшим», которые, к тому же, куда охотнее сотрудничают с властью.