Пират. Безумный мир - 1

Потянувшись к карману, Андрей вытащил небольшой мешочек с порохом, из которого, развязав тесемки, высыпал немного черных гранул на полку и крепко ее закрыл.

Последним действием Князев взвел курок в боевое положение. Теперь его маленькая личная гаубица была вновь пригодна к стрельбе.

Тяжелая деревянная рукоять и внушительный вес в левой руке ощутимо добавляли уверенности, даже если в пистолете был всего один выстрел. А уж когда Андрей поудобнее перехватил правой абордажную саблю, то почувствовал себя почти человеком.

Впечатление портила лишь порванная в паре мест куртка и побаливающие от ударов монстров ребра и руки. Какая бы сила не скрывалась в съеденном плоде, быстрая регенерация в сделку явно не входила.

Ждать остальных пришлось еще несколько минут, ведь у пары человек было по два разряженных пистолета, но в конце концов были готовы и они.

Молча кивнув друг другу, группа пиратов принялась спускаться в длинные и темные коридоры «судна» рыболюдей. К счастью заботиться о факелах не было необходимости.

Повсюду росли грибницы слабо светящихся в темноте грибов. Они давали мало света, но глаза людей быстро приспособились и к такому бедному освещению.

Очень скоро пираты поняли, что на самом деле гриб был куда больше, чем торчащая на поверхности надводная часть.

Они спускались все ниже и ниже, от чего жадная тьма вокруг обволакивала их все сильнее. В какой-то момент окружающий мрак стал столь плотным, что возникало чувство, что он глушил даже звук, ведь шум сражения на верху стал и вовсе не слышим.

Теперь тяжело дышащие морские волки слышали совсем другие звуки.

Кап. Кап. Кап.

Неожиданный стук падающих капель воды, от которых замирало сердце и душа уходила в пятки. Странные вспышки света грибов, из-за чего в глубине уходящих прочь коридоров мерещились кошмарные силуэты.

Да-да, коридор то и дело разветвлялся, вынуждая выбирать куда идти. Чтобы не заблудиться они всегда придерживались правой стороны.

Но хуже всего был звук, больше всего похожий на то, будто гриб дышал.

От подобных неуютных мыслей окружающие стены словно бы начинали смыкаться вокруг их небольшой группы, желая раздавить их всмятку.

А уж когда под сапогами начинала хлюпать какая-то клейкая жидкость, то ассоциации с желудочным соком становились уж совсем нестерпимыми.

Даже неунывающий Ройланд и тот подрастерял свой неизбежный оптимизм.