Война Скверны

*БУМ*

Раненый Борис продолжал наносить страшные удары - слышен был хруст черепа и зубов дракона, который не успевал ответить воину, прерываемый мощными атаками. Но сколько гнева бы не было в Борисе, сколько бы сил не дала бы ему родная земля, а усталость и раны брали своё. И вот, когда удар оказался недостаточно мощным, Руменгатот когтем пригвоздил Бориса к земле, проткнув плечо.

— Твоё время пришло, букашка. Ты так злился, что я отнял у тебя столь много. Но перед тем, как я отберу ещё и твою жизнь, ты должен понять - я не остановлюсь.

Вся твоя страна будет лежать в руинах, все твои выродки умрут или… да, так лучше, они станут слугами моего повелителя слугами Орхара. Их души пожрёт Скверна. И они будут плевать на твою могилу, считая, что ты пытался обманом убить одного самого Руменгатота - освободителя севера от жалких местных божков. Они забудут твою историю. Они забудут историю твоей страны. Они станут рабами, и будут рады служить. Они попрут законы, заложенные твоими предками. Да, это будет достаточная цена за вашу глупость и ваше упрямство. Но ты этого уже не увидишь.

— Этого никто не увидит, курица общипанная, потому что не бывать тому на Тартарии, чтобы дети могилы отцов осквернили. А ты слишком много болтаешь.

Целой рукой Борис достал кристально чистую ледяную сферу, внутри которой будто бы горел огонь. Но не огонь то был, то была внутренняя энергия убитого бога - Падший оставил много даров, но этот отличался неимоверной силой, поэтому бережно хранился на крайний случай.

И вот, такой случай настал. Сфера отправилась в глотку Руменгатота.

— Хахахахаха, жалкий человечишка, ещё не понял, что твои фокусы не дей… Что? Что ты сделал?

Руменгатот леденел изнутри. Сначала потухло его пламя, потом отмороженными оказались конечности, дальше тулово - и так продолжалось, пока весь оскверненный бог не превратился в ледяную статую, разбитую последним взмахом булавы.

Борис не мог встать. Сил не хватало. Он полз, полз, теряя кровь, к своей Хэдре. Кажется,та впервые в жизни чувствовала себя слабой.

— Боря, ты?— Да, милая моя, кто ж ещё.— Мы победили?— Конечно, иначе и быть не могло.— Хорошо. Мне холодно, Борь.— Потерпи, родная, скоро за нами придут, ты отогреешься у костра.— Не думаю, что дождусь. Обними меня.— Конечно дождёшься. Иди сюда, вот так, поближе. Так теплее?— Да. Мне кажется, я умираю. Наверное, мы в последний раз видимся с тобой, любый мой.— Я всегда буду рядом. Несмотря ни на что.— Спасибо… Спасибо.