Пожиратель чудовищ. Том второй "Строитель руин"

И к радикальным средствам прибегать не вариант, если пребывание в городе начнется с обглоданного трупа одной из его волшебниц, и как бы не самой способной, то на комфортное и относительно спокойное пребывание в нем можно будет уже не рассчитывать. Но мне хотелось просто решить вопрос с задерживаемыми налогами, поскольку, как уже успел понять, ополчение тут действи-тельно пора было собирать. И присоединять к регулярной армии, чистящей округу.

– Перебьешься, – сквозь зубы прошипел я и, совсем уж от безысходности, долбанул посохом по цепи, на которой с деревянной перекладины вниз свисал покрытый копотью фонарь.

Железяка, куда заливали, наверное, литров по тридцать масла, полетела вниз, задеть волшебницу она, кажется, не могла бы и так, но та все равно для надежности отклонила прочную и наверняка тяжелую емкость ударом кулачка, на мгновение окутавшегося ледяной перчаткой. Осветительный прибор, являющийся, по сути дела, немного усовершенствованным ведром с воткнутым туда фитильком, ударился об камень мостовой и совершенно случайно отскочил обратно в направлении волшебницы. Та с раздраженным видом развернулась, неизвестно как заметив угрозу, и замахнулась на него рукой… и тут на нее рухнуло грубо ошкуренное полено, увенчанное совсем не невесомым мной. Деревянная перекладина, на которой висел фонарь, видимо, была основательно подгрызена какими-то короедами и после того, как на ней принялся ерзать увесистый житель Земли в двойных доспехах, решила самым наглым образом надломиться. И там, куда пришелся удар падающего дерева, оказалась голова женщины, мгновенно окутавшаяся ледяным шлемом. Тот раскололся на сверкающие в свете дня словно брильянты осколки, но остановил способный проломить любой череп удар, отбросив опустившийся предмет, с которого едва-едва получилось соскочить, немного в сторону. Ошеломленно трясущая копной полуседых темных волос буйная сумасшедшая на несколько секунд забыла про волшебство, сделала пару шагов назад, потрясенно разглядывая деревяшку, все-таки сумевшую достичь земли, и проморгала банальный удар закованной в латную перчатку рукой. Поскольку живой артефакт значительно ускорил реакцию своего обладателя, то покинуть не выдержавший испытаний судьбы насест удалось не только вовремя, но и не теряя на приход в себя ни мгновения. И, как следствие, чудом получилось даже оглушить ту, кто меня туда загнал.