Книга IV: Алый Завет

Потолок и пол в глазах Ноира закружились с непередаваемой скоростью, а уже в следующий миг тело его обмякло, едва не перевалившись через край ванны. Вскрикнувший от боли в пострадавших руках Таасим лишь чудом успел подхватить родителя и уложить его обратно в бадью. Боевой артефакт оказался накачан под завязку, а потому его, ставшего сейчас простым смертным, тоже неслабо задело потоком враждебной энергии. Она хоть и теряла львиную долю своей силы, проходя сквозь Ноира, но для обычного невладеющего и того оказалось достаточно.

Рухнув на колени, парень сдавил себе шею пальцами, пытаясь таким странным образом остановить рвотный позыв, который стянул нутро болезненной пружиной. Однако через каких-то пару сотен ударов взволнованного сердца в голове начало проясняться, и Таасим, подняв с пола упавший кинжал, встал на ноги.

Заряженный сапфир в кольце уже отдал всю свою силу, и теперь перестал светиться на дне бадьи, потому наследник без особой опаски извлек его голыми руками.

Бесчувственный отец никак не отреагировал на эти манипуляции. Не дрогнули даже ресницы на его веках, когда заточенная сталь глубоко вонзилась в его предплечье и пошла вниз, от сгиба локтя к запястью, оставляя позади себя багровую полосу.

Первые красные капли упали в купель, и вода в ней начала постепенно темнеть, напитываясь кровью. А Таасим осторожно обошел ванну и постарался вложить в обмякшие родительские пальцы второй руки рукоять клинка. У тех, кто обнаружит утром тело Ноира не должно возникнуть никаких сомнений в том, что это было самоубийство.

Пусть все считают, что глава Атерна, спутавшийся с работорговцами, понял, в какую грязную игру вступил, и какую угрозу остальной семье несут его действия. А поэтому решил отвести возможный удар правосудия от своего рода. Те, кто знает о расследовании наместника, просто обязаны сделать правильные выводы.

На негнущихся ногах парень направился к выходу, все еще борясь с головокружением и тошнотой.

Он был молод, ни разу не видел войны, и ему не приходилось до сегодняшней ночи убивать. И уж тем более, он не мог подумать, что его первый раз будет вот таким… Так что накатившая дурнота оказалась скорее следствием его мерзкого поступка, а не воздействия артефакта. Он. Убил. Своего. Отца…

Сразу же на выходе из купален его встретила Ирида. Хоть наследник и просил ее, не ходить за ним, но та все равно не послушалась.