Брошенная колония 2 Маховик неизбежного

С одной стороны магазинная гораздо удобней, и с разгрузками проще, и если Борода прав, и в оружейке действительно есть двенашка, то это решит все проблемы, братство заберет его ствол по хорошей цене, а разница уже не проблема.

- Надо смотреть, - согласился он с предложением приятеля. - Хотя моя барабанная мне понравилась, немного непривычно, и чуть медленней, но точность у нее выше, и дальность стрельбы вдвое против погибшей ЯР «Охотник».

- Ну и ретроград же ты, - хохотнул Андрей. - Охотники с производства сняли пару лет назад, уж больно разброс у них большой, а когда руну вставляешь, пуля вообще черте куда летит.

Бери Ярку, не пожалеешь. Кстати, там магазины не десятки, а именно двенашки, но габариты прежние, она короткая, чуть тяжелее твое старого «охотника», даже с твоей руной можно будет сбить консервную банку метров со ста пятидесяти. А если без руны, то еще сотню накинь.

Игнат задумался уже вполне всерьез, может, и вправду махнуть. 

- Борода, а ты слышал что-нибудь про магическую трехрежимную винтовку? Мне ее сватали месяц назад в Сторожье, называлась Кол-1.

И тут Борода заржал. Он смеялся так самозабвенно, что его пополам согнуло. Прошло не меньше двух минут, прежде чем он распрямился и, утерев слезы, посмотрел на Игната. 

- Забудь и близко не подходи, - уже серьезно произнес он. - Идея была неплохая, и реализация тоже, подкачало качество. Батареи оказались слабыми, не рассчитанными на такой объем. В Егерске купили пару штук для испытаний. Одна расплавилась после сотого выстрела, у второй взорвалась батарея во время зарядки, магичку едва не убило.

Может быть, за подобным и будущее, но пока оно не наступило, нужна доработка. Но вот по стрельбе никаких нареканий, для испытаний изловили пару лесовиков и одного падальника, и заморозили, и сожгли. Правда есть минус. После распада оболочки, сущность отправляется гулять, сердце разрушается, в результате получили одержимого пса, пришлось убить.

- Да, минусы пока что сильно перевешивают, - выслушав друга, согласился Игнат.

 

Дверной колокольчик звякнул, и в сопровождении курносого Пашки появился сын кожевенника, невысокий плотный мужик, который, оглядев лавку, направился к прилавку, да так там и застыл, разглядывая лежащие черные шкуры. 

- Почем продаешь? - выпалил он. - Отец, небось, тебе и половину нормальной цены не дал. Сто пятьдесят за метр.

- Не продаю, - покачал головой Игнат, - это куртка и сапоги. Все, что останется, возвращаете мне.