Брошенная колония 2 Маховик неизбежного

            Игнат, с трудом передвигая ногами, поплелся следом. Он очень устал, за это время поспать удалось только в последнюю ночь. Лицо его похудело, мешки под глазами, веки наливались свинцовой тяжестью, казалось, стоит им опуститься, и он уснет. 

            Ванная была просторной и очень светлой. Два больших окна, с видом на сад с фруктовыми деревьями, на которых сейчас созревали самые настоящие апельсины, завезенные на Интерру первыми колонистами.

            Кира молча наблюдала, как он раздевается и забирается в здоровенную бронзовую ванну. Магичка уселась рядом на небольшой табурет и водила длинным пальцем по зеленоватой воде, от которой пахло травами. Игнат закрыл глаза, но вот уснуть почему-то не смог, запредельная усталость, а вот сон не шел.

- Что произошло в Сторожье? - пробился через его усталость и боль голос Киры.

- Ну зачем тебе это? - не открывая глаз, ответил Видок.

            Больше всего егеря беспокоила мысль, что он не может заснуть и не чувствует Фарата.

- Хочу знать, что случилось на самом деле, - голос Киры стал более настойчивым, в нем появились странные металлические нотки.

- Плохо там все вышло. Я совершил ошибку, надо была сразу избавиться от этого опасного трофея, но я не знал о нем ничего, теперь уже поздно. Оставь эту историю, эти суки меня в измене обвинили, не хватало еще того, чтобы они к тебе пришли.

            Кира молчала несколько минут.

- И все же я настаиваю. Тетка активно отговаривала меня от общения с тобой, она вообще не думала, что ты выйдешь из этого подвала живым.

- Узнаю Луизу, - хмыкнув, ответил Игнат. - Как же хочется отдохнуть. Может, ты дашь мне поспать, а потом мы поговорим?

            Кира несколько секунд смотрела на Игната, а потом дом стал расплываться, словно кто-то возил тряпкой по свежей картине, размазывая краску по полотну, превращая шедевр в грязь.

- Сволочи!!! - заорал Демидов на всю камеру, и его голос заметался среди четырех стен. – Сукины дочери, ну что вам еще надо? 

            Он застонал, поскольку снова неудачно ткнул локтем в ребра.