Страж перевала 2. Мятеж

Весьма рискованный трюк, от избытка заряда она норовила отправиться в неконтролируемый полет. — Сандра, я требую компенсации.

Проверять, не выжил ли кто, не было никакой необходимости. Столь большая лужа натекла во многом из-за того, что тела его людей обезглавили. Отвратительный обычай, пришедший из древности, когда подобных ему, излишне живучих противников было куда больше, а многие воины поднимались в виде нежити прямо на поле боя.

— И чего же ты хочешь, наглец?

— Отдай мне виновника всего этого.

Алисья сделала шаг назад, прячась за спины воинов.

Те дисциплинированно прикрыли жрицу телами. Протянув руку, Игорь вырвал застрявшее в трупе короткое копье и с силой вонзил в еще дергающегося раненого. Теперь семеро… Еще бы одного — и можно будет сказать, что каждый из его людей забрал двоих. Все же из рабов выходят отвратительные солдаты…

— Все равно не жилец.

Несколько секунд Сандра раздумывала над предложением, наблюдая, как стремительно бледнеет давняя соперница, и затем с сожалением покачала головой.

— Это неприемлемо, храм не выдает своих жриц. Я заплачу тебе виру в пять золотых за каждого убитого.

— Человеческая жизнь бесценна! — искренне возмутился Игорь. — Десять золотых.

— За троих. Все же ты забрал одну «бесценную человеческую жизнь».

— Тридцать золотых и это копье, для моей коллекции, — озвучил последнюю цену Игорь. Дело было не в жадности, а необходимости оставить последнее слово за собой. Золото он решил разделить между семьями погибших, а копье… отдавать его он и не собирался…

— Хорошо.

Алисья, уплатишь виру из своих денег.

Игорь закинул короткое копье на плечо, с удовольствием заметив, что капли крови все же забрызгали столь оберегаемые верховной жрицей белоснежные одежды.

— Пошли?

Путь мимо десятков воинов, имеющих милую привычку отрубать врагам голову и мечтающих его убить, стоил ему многих тысяч нервных клеток. На следующий день он даже поискал в зеркале седые волосы, но так ничего и не обнаружил. Да и могло ли быть иначе? Ведь мгновенная седина — всего лишь легенда.

***

— Поэтому я предлагаю казнить всех мятежников, добровольно присоединившихся к восстанию, их семьи продать в рабство, а имущество разделить между достойными…

Трой поморщился. Судя по одобрительным крикам, мнение оратора нашло полное одобрение. Большой Совет собирался не чаще чем раз в пять лет, и на нем присутствовали не только главы Великих Домов, но и представители большинства мелких кланов.