3. Меч и Магия: Император без трона.

Капли прозрачных слёз стекали по фиолетовым щекам и белыми полоскам татуировок. Они падали на каменный подоконник, разбиваясь на тысячи крохотных капель, стекали вниз, наполняя траву и почву. Зелёный пестрящий камень, обыкновенно таящийся в мифриловой темнице, ныне молчал в руке девушки. Молчал впервые за долгое время. Он не просил её идти домой и более не наполнял энергией.

Где-то позади, на мягкой постели спокойно посапывала маленькая девчушка со сплетёнными в две косы чёрно-угольными волосами.

- Прости… меня, – робко промолвила девушка, подняв взгляд к белому диску полной луны. Глаза её переполнились влагой, а душа сжалась в комок. Боль усилилась многократно.

6

Вокруг царила темнота, совершенно непроницаемая для глаза неподготовленного зрителя. Даже тусклые люминисцентные грибы, произрастающие на стенах подземных коридоров, едва ли были способны преодолеть мрак, окутавший каждый дюйм окружающего пространства. Местность питалась влажным ароматом, тяжёлым воздухом и прохладным сквозняком, завывающим в далёких тоннелях – основной симфонией этой таинственной, неисследованной среды.

Несмотря на чуждые большинству живых существ условия, многие порождения природы приняли подземные коридоры как родной дом, выстроив уникальную эко-среду, где способность выживать опиралась на несколько иные принципы, нежели в поверхностной обители. Бескрайние грибные поляны, мхи и причудливые лишайники становились главной пищей местных травоядных животных и воистину бессчётного числа мелких членистоногих и ползунов, бороздящих каменные просторы, а каждый хищник, будь то ящер или скорпикора был наделён не только обострёнными чувствами, но и необходимым умением засадных атак.

В пример подземной фауне соответствовали и природные духи, обитающие в этих местах, подавляющей массой коих являлись духи земли и теней. И если первые, по большей части были поглощены собственным существованием, а разновидности троглодитов и вовсе являлись главным фактором роста подземных катакомб, то духи тьмы были порождениями куда более изощрённой сущности, а смысл их существования крайне редко сводился к понятиям, ясных для смертного разума.

Как ни парадоксально, но по мере углубления в толщу земли, существа, что должны были уменьшаться в размерах ввиду непроглядной тьмы и скудного пропитания, не редко становились всё более пугающими и монструозными.